Онлайн книга «Когда отцветает камелия»
|
Хару сидела у дерева, закрыв уши, и чуть покачивалась из стороны в сторону. Пережитое до сих пор мелькало перед её глазами, а крики убитых друзей и погибающих от лап грозного божества ронинов ещё звенели эхом. — Да… – ответила она и медленно убрала ладони от ушей. — Скажи мне, что произошло. Голос Юкио-но ками звучал спокойно и отстранённо, но в нём слышалась сталь, отчего ученица оммёдзи вздрогнула. — Я и сама не понимаю, господин! Когда я вернулась из города, меня сразу же схватили. Ронины потребовали выдать им синтай, чтобы запечатать вход в святилище: так бы вы не смогли сюда вернуться. Никто не хотел говорить и предавать ками, но нам пригрозили смертью! И тогда Цубаки, она… Новый приступ рыданий подступил к горлу Хару, но ученица оммёдзи сдержалась, сглотнула горький ком и продолжила: — Цубаки не сбежала, когда была возможность, и попыталась вместе с Кэтору-сан спасти всех, но не вышло. — Где мой слуга? — Его сбросили вниз по западным ступеням. Он всеми силами защищал нас, но не смог совладать со столькими воинами, которые позабыли о чести и использовали лук и стрелы против служителей Яматомори. Не знаю, жив ли он… Юкио прижал к себе возлюбленную и медленно выдохнул, готовясь задать последний вопрос: — Как эти бродяги узнали про синтай и про наше святилище? — Я слышала, как ронины говорили о маге-шарлатане, который выдал им время, когда ками покинет обитель на целый день, и способ, как поставить барьер. Возможно ли, что это сенсей, господин Итиро?! Глаза кицунэ сузились: чёрный зрачок превратился в узкую щёлочку, окружённую янтарным огнём. В таком облике, получеловеческом-полузверином, с заострёнными чертами лица и острыми клыками, в одеянии, покрытом брызгами крови, Юкио выглядел ужасающе. Хару никогда не видела Посланника богини Инари в подобном обличье, поэтому вся сжалась, обняв свои колени, и задрожала. — Итиро! – прорычал Юкио-но ками, уже не скрывая свою сущность, но при этом он продолжал держать тело Цубаки настолько бережно и нежно, словно в руках у него находился цветок, с которого в любой момент могли опасть лепестки. Но с камелии лепестки не опадали: когда она отцветала, то сбрасывала весь бутон. — Я найду его и разорву на куски. * * * Спустившись по западной лестнице, Юкио обнаружил Кэтору на занесённой первым снегом тропинке. Из тела тануки выглядывали стрелы с алым оперением, а сам он лежал неподвижно на боку, и только подрагивающий хвост говорил о том, что слуга ещё жив. Под ним растекалась тёмная кровь, которая растапливала снежный покров неровным кругом. Юкио передвигался быстро даже с ношей на руках, поэтому вмиг оказался рядом. — Господин Призрак… – прошептал Кэтору, поворачивая голову в сторону хозяина; из уголка его губ вытекала алая струйка. – Вы здесь. — Не двигайся! Я сейчас вернусь за тобой, только отнесу Цубаки домой, – ответил Юкио, и собственные слова показались ему далёкими, будто говорил кто-то другой. — Нет, не возвращайтесь! Я и сам справлюсь! – Тануки закашлялся, и кровь изо рта потекла с новой силой. – Итиро! Ронины пришли сюда по наводке Итиро. — Знаю. Мне бы не помешал твой нюх, чтобы пойти по следу. Кэтору попытался изобразить нечто похожее на смех, но вместо этого из его горла вырвались булькающие хрипы. |