Книга Когда отцветает камелия, страница 265 – Александра Альва

— Ты идёшь? – спросил Кэтору, протягивая Эри руку.

Она сглотнула вязкий ком, вставший поперёк горла, и приняла помощь тануки, выпрямляясь. Кажется, никто другой не заметил статуи, и акамэ решила, что сейчас это не так уж и важно.

Преодолев подъём, они вышли к роще с невысокими кедрами и незнакомыми Эри растениями, напоминающими пальмы. Среди деревьев расположилась разрушенная постройка, от которой осталась лишь одна стена и поросший высокой травой каменный пол. Наверняка раньше это место служило храмом или святилищем для поклонения окинавским богам, теперь же повсюду виднелись следы чёрной скверны: кусты, запачканные мерзкой жидкостью, потускнели и завяли, а над постройкой поднимались тёмные пары, от которых Эри закашлялась.

Камни, вкопанные в землю и когда-то служившие дорогой, потрескались, но до сих пор можно было разглядеть, куда же вёл этот путь. Дальше, к самой вершине холма, где деревья расступались и открывали вид на берег внизу и соседние острова, тонувшие в дымке.

Он стоял там. Бог, которого боялись рыбаки.

Эри сразу почувствовала ужасающую ауру, а нить, по которой она шла к мечу, словно стала толще и задрожала, давая ей понять, что цель близка как никогда раньше.

Фигура в тёмном плаще не двигалась, хоть и находилась на самом краю утёса. Полы истлевшей от времени одежды трепал ветер, а длинные чёрные волосы, точно так же, как в видении, развевались, напоминая щупальца.

— Наконец-то! – произнес незнакомец, и его низкий грубый голос зазвенел в ушах Эри. – Вы действительно смогли отыскать меня, хотя никто до этого не мог.

Юкио прошёл вперёд, и мелкие камни под его деревянными сандалиями захрустели.

— Приветствую! – сказал он и чуть склонил голову, выражая почтение божеству. – Вы знали, что мы придём?

Мужчина не ответил и ещё долго смотрел вдаль, разглядывая неспокойное море, окрасившееся сегодня в серые оттенки. Энергия заколебалась, и Эри ощутила, как её волосы зашевелились на затылке, словно от воздействия электричества. Существо повернулось к ним, откидывая полы плаща и сбрасывая капюшон.

Его лицо было покрыто чёрными, словно ночное небо, следами; тьма так глубоко въелась в глаза, что белки утонули в ней. Потрёпанная одежда выцвела и казалась слишком длинной, она полностью прятала тело божества: широкие рукава скрывали даже пальцы рук, а высокий ворот – шею.

— Я надеялся, что вы придёте, – заговорил мужчина, и уголок его почерневших губ приподнялся. – Надеялся, что придёт акамэ.

Юкио тут же приподнял ладонь, не позволяя существу смотреть на Эри.

— Не бойся, Посланник, я не желаю вам зла.

— Тогда чего вы желаете?

— Освободиться от скверны.

Он медленно отодвинул длинный рукав на левом предплечье: кожа была забинтована грязными обмотками, а в тех местах, где ткани не хватило, виднелись потемневшие вены и такие же, как на лице, следы, словно чёрные дыры, открывшиеся прямо на теле.

Божество напоминало прокажённого, и от его вида Эри стало дурно – она отбежала в сторону, и её вырвало. Хару посерел, едва сдерживая дрожь в руках, а Кэтору не двигался и широко распахнул глаза.

Болезнь, что поразила тело этого существа, слишком сильно напоминала проклятие Юкио.

На вершине холма даже птицы не пели. Только скрип ветвей, гнувшихся под беспощадными порывами ветра, нарушал тяжёлую тишину, куполом опустившуюся на развалины древнего храма. На краю рощи мерно покачивались алые ликорисы, распространяющие сладковатый запах гнили, от которого мутился разум.