Книга Когда отцветает камелия, страница 287 – Александра Альва

— Если вокруг будет слишком много зла, воспользуйтесь судзу из моего святилища, он наполнен светлой энергией и на время сможет отогнать нечисть. – Богиня протянула свой дар Юкио. – Чудовища из Ёми не выносят этот звон.

— Просто идите на свет, ко входу, – добавил Амацумикабоси, указывая на обессилевшего Харуку, который сидел на земле, приложив руки к голове. – Оммёдзи удержит врата открытыми до вашего возвращения.

Эри плотно сжала губы, смотря на своего друга, но стоило ей сделать шаг в его сторону, как бог звёзд сказал:

— Пора!

Спрятав колокольчики в рукаве, Юкио направился к зияющему между двумя валунами чёрному тоннелю, и Эри смиренно последовала за ним, сжимая ручку чемоданчика, в котором хранила свои работы, чистую бумагу и тушь. С каждым шагом тело акамэ всё больше деревенело, словно противилось, не желая отправляться во мрак. Но слишком многое уже произошло, и теперь отступать было некуда.

Юкио первым ступил на территорию Ёми, погружаясь по пояс в серый туман, и протянул Эри руку, помогая ей нащупать ногами полуразрушенные ступени, ведущие вниз.

Обернувшись, художница увидела, как Амацумикабоси подошёл к Хару и властно приказал ему поставить на врата решётку-доуман, печать, отражающую атаку духов. Оммёдзи выглядел опустошённым, и всё же он поднялся с земли и бросил в сторону акамэ напуганный взгляд.

— Эри, пойдём! – прошептал Юкио, легко потянув её за руку. – Мы должны поторопиться: у твоего друга не хватит сил, чтобы долго удерживать врата.

Она неуверенно кивнула и продолжила спускаться.

Тоннель слишком резко уходил вниз, а ступени оказались скользкими от слизи, стекающей по стенам, и Эри постоянно поскальзывалась на влажных камнях. Юкио зажёг маленького кицунэби на ладони, но тут же согнулся, словно его неожиданно пронзили чем-то острым, и застонал, хватаясь за ворот своего кимоно.

— В чём дело?! – испугалась акамэ.

Она успела увидеть в мелькнувшем отсвете огня, как почернела рука господина Призрака и как тёмные вены прокладывали дорожки по его шее к лицу. Кажется, в этом месте воздействие скверны усилилось многократно, и любое применение магии только ухудшало состояние Юкио.

— Погаси! – сказала она, поглаживая кицунэ по руке. – Я смогу идти на ощупь! Только поддержи меня.

— Хорошо…

Голубое пламя погасло, и Юкио ухватил акамэ за талию, прижимая к себе и держа крепко, чтобы она не полетела вниз, если оступится. Эри знала, что он прекрасно видит в темноте, и поэтому доверилась его лисьему зрению.

Свод пещеры находился слишком низко, заставляя гостей Царства мёртвых нагибаться, и в какой-то момент художница почувствовала, что задыхается. Свет сзади уже погас, и в полной темноте она ощущала, как на неё со всех сторон давит этот узкий проход. Капли слизи соскальзывали с образовавшихся на потолке сталактитов, и повсюду слышалось эхо их ударов о скопившиеся под ногами лужи.

Аура тьмы здесь была столь насыщенной, что Эри замутило, и от страха перед этим мраком её сердце сжалось в тугой комок и прерывисто забилось, подобно птице с подрезанными крыльями, которая пытается взлететь.

— Как ты? – спросил Юкио, поглаживая волосы акамэ. – Скоро должно стать легче, ты привыкнешь.

— Я слышу голоса, – проговорила Эри, делая один глубокий вдох за другим. – Они все в моей голове, и все кричат. Очень громко!