Книга Когда отцветает камелия, страница 90 – Александра Альва

— Спасибо, Хару-сан! Правда спасибо!

* * *

Серый дымок поднимался к небу, плавно извиваясь, подобно праздничной ленточке на ветру во время фестиваля Танабата⁸⁹. Седьмой день седьмого лунного месяца неумолимо приближался. То было единственное время, когда богиня Инари проявляла благосклонность к своим Посланникам и одаривала подданных новыми званиями в честь встречи на небосводе двух звёзд – Орихимэ и Хикобоси. Именно этого дня больше всего ожидал Юкио, чтобы узнать, достоин ли он подняться на ступень выше и навсегда покинуть святилище Яматомори, став личным слугой богини.

Чутьё подсказывало, что год выдался неудачным и потому даже не стоило надеяться на повышение.

В очередной раз выдохнув терпкий дым, хозяин святилища высыпал оставшийся пепел из трубки в мешочек и взглянул на мерцающие звёзды. Сколько времени он провёл за курением? Луна успела ярко разгореться и проплыть половину неба, но в голове у Юкио так и не прояснилось.

Сбросив с себя испачканное тёмной кровью хаори, кицунэ зашёл в дом и даже не посмотрел в сторону эма, гора которых скопилась на столе за последние дни. Ни он, ни оммёдзи, ни священники – никто не успевал добросовестно выполнять свои обязанности, ведь в тяжёлые времена людям не к кому было обратиться, поэтому они бесконечным потоком шли в храмы. Наверняка в большом святилище Цуругаока Хатимангу⁹⁰ – обиталище древнего божества и защитника всех воинов – тоже было полно работы. Но Юкио не хотел узнавать о делах других ками и уж тем более не хотел тревожить богиню Инари. Если она услышит о том, как на самом деле обстоят дела в Камакуре, точно не примет его.

Юкио уже несколько дней исследовал теневую сторону горы, искал духов, сбежавших в лес, и допрашивал ёкаев, но каждый раз возвращался ни с чем: кто-то намеренно запутывал следы, не давая обнаружить убежище юрэй. Неужели Амэ-онна решила пойти против воли Посланника богини Инари? От этих мыслей Юкио охватила злость, и его пять хвостов загорелись голубым огнём, из-за чего в комнате запахло палёным деревом.

Больше ждать было нельзя.

Он усмирил пламя, успевшее прожечь татами в нескольких местах, и сел перед небольшим чёрным котлом, который грелся на медленно тлеющих углях. Когда хозяин святилища хотел успокоиться, он всегда готовил одну чашу с чаем, и это помогало справиться с гневом, свойственным всем кицунэ, даже тем, кто уже давно стал божеством.

Вода в котле начала медленно закипать – в комнате приятно запахло паром и бамбуком, и Юкио прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной. Сзади послышались тихие шаги: кто-то осторожно зашёл внутрь, чуть шурша носками по татами.

— Садись, выпей со мной чая, – предложил хозяин святилища, учуяв знакомый запах. – Вода уже закипела.

— Здравствуйте, господин Юкио-но ками! Извините за позднее вторжение! – проговорила Цубаки, и вслед за ней по комнате поплыл лёгкий аромат цветочного мыла и туши, в которой акамэ пачкала пальцы всякий раз, когда садилась рисовать или учить иероглифы. – Я только пришла забрать свои записи.

— Сегодня мы должны найти сбежавших ёкаев. Думаю, ты уже накопила достаточно духовной силы.

— Но вы же сами видели, что в прошлый раз у меня не получилось использовать дар на дальнее расстояние.

— Значит, сразу пойдём в Лес сотни духов и начнём прямо оттуда. Мы не можем больше откладывать это дело.