Книга Обскур, страница 131 – Ирена Мадир

Веки смыкаются, и мне не хочется их открывать и видеть, как за пределами Гнезда брезжит рассвет. Он несёт с собой холодный, безжалостный свет, в котором тают все иллюзии. А я жажду остаться тут, в этом хрупком моменте. Здесь Мия не просто в моих руках, она отчаянно стискивает меня в ответ, и её тихие всхлипы – единственная музыка, что имеет смысл. Она плачет по тому мальчику, которого во мне убили. Она плачет по Хоуку. И в этот миг я почти готов поверить, что его ещё можно воскресить…

Куколка неспешно отстраняется, вытирая слёзы и качая головой:

— Если бы в начале нашего знакомства кто-то сказал, что я буду реветь из-за сочувствия к тебе, я бы не поверила.

Моё хмыканье одновременно весёлое и горестное.

— Начинаю думать, что наша встреча была не просто случайностью, а чем-то вроде… судьбы, – задумчиво произношу я.

— Веришь в такое? – криво усмехается она, поправляя свои волосы.

— Нет, но… Хильде что-нибудь рассказывала тебе про Ролло, моего дядю?

Мия поджимает кубы и качает головой.

— Похоже, они были вместе какое-то время и… Она видела его без маски, а ещё она была береме…

— Ребёнок от Ролло! Ну конечно! Это случилось, когда завеса пала?

— А ты уже кое-что знаешь, да?

— Тётя рассказывала, но она ничего не помнила. У неё случился выкидыш и… кажется, она так и не смогла завести детей после этого… – печально закончила Мия.

— Ну, у неё была ты. Почти дочь, – пытаюсь я приободрить её. Выходит неуклюже.

— А твой дядя… Он такой… Такой…

— Мудила.

— Ага, спасибо.

Мы улыбаемся друг другу, хотя уверен, что она, как и я, чувствует эту горечь от поломанных судеб целых поколений.

— И что теперь? – наконец спрашивает Мия.

Вопрос, которого я боялся… Потому что он окончательно разрушает момент, выбрасывает меня в реальность, где нет места надежде. Здесь только ощущение конца и безысходность.

— Я уже говорил. Ты уедешь.

— А ты?

— Обскур, сила, которая даёт мне могущество, она же сводит меня с ума. По-настоящему. Очень скоро я перестану это контролировать, и тогда… В общем, наши дороги расходятся. Разве ты не рада?

Мия хмурится и закусывает губу.

— Не делай так, Куколка, – шепчу я, опуская взгляд.

Но она лишь сильнее впивается зубами в собственную плоть, пока не выступают красные капли.

— Стала смелее, едва поняв, что я не убью тебя? Но я ведь могу сделать множество других плохих вещей…

Её язычок выскальзывает наружу и слизывает кровь. Я сглатываю, желая ощутить этот пьянящий вкус. Вот же пакостница!

Не в силах сдержаться, протягиваю к ней руку. Не чтобы остановить, а чтобы коснуться. Мои пальцы впиваются в её подбородок, заставляя поднять взгляд.

— Что, не наигралась? – Голос становится низким и гулким, я наклоняюсь так близко, что наши дыхания сливаются в одно. – Куколка полюбила играть с Вороном?

Графитовые глаза, ещё блестящие от слёз, вспыхивают не страхом, а огнём. Тем самым, что сводит меня с ума.

— А что, если я скажу «да»? – с вызовом говорит она.

Удар попадает точно в цель. Мысль о том, что она может быть привязана ко мне, зависима, горячит кровь. Глухой рык вырывается из моей груди, а губы прижимаются к её с привкусом металла. Мой язык с пирсингом грубо вторгается в рот Мии, заставляя её вздрогнуть. А потом я ломаю поцелуй и одним резким, стремительным движением валю её на груду мехов.