Книга (Не)любимая попаданка дракона, страница 2 – Эльвина Лейн

В этот крайне волнительный момент я вдруг вспоминаю слова бабушки: если за тобой бегут неприятностей, не выеживайся, а беги, что есть сил. А она, между прочим, была мастером спорта по тхэквондо.

Не видя поводов не доверять ее мудрости, я вскакиваю и бросаюсь прочь. Бегу зигзагами между деревьями, не оглядываясь. Свист стрел преследует: одна прилетает справа, другая слева, но пока ни одна не достигает цели.

— Эта моя! — раздается крик сбоку.

Я едва не спотыкаюсь от неожиданности. Боже мой, неприятностей двое! Только я успеваю осознать весь ужас своего положения, как резкий толчок в спину сбивает меня с ног.

Воздух вырывается из легких. Я падаю и качусь по земле, а что-то жесткое опутывает руки и ноги. Лихорадочно дергаюсь, пытаясь вырваться, но сетка лишь сильнее затягивается, сковывает движения, впивается в кожу сквозь одежду.

— Спасите… — в панике мой голос срывается на писк.

Сердце бьется так сильно, что отдает в висках. Волосы липнут ко лбу и щекам.

И совсем близко — тяжелые, неспешные шаги. Кто-то приближается.

Я замираю. Может, если не шевелиться, меня не заметят?

Считаю удары сердца.

Шаги затихают, кто-то рядом приседает на корточки. Раздается короткое и тихое цоканье языком.

Я вздрагиваю и зажмуриваюсь.

— Каждый раз одно и то же, — скучающе бормочет низкий мужской голос.

Слышу шум возни и осторожно приоткрываю один глаз. Сквозь сетку и упавшие на лицо волосы замечаю мужчину. На нем странное одеяние: черная рубаха из плотной ткани, темные, почти черные штаны, заправленные в высокие ботинки из грубой кожи. На плечи небрежно накинута накидка из темного меха. На рукавах серебром горит вышивка: дракон, оскаливший пасть.

Незнакомец достает что-то из наплечной сумки. Замечает мой взгляд. Его глаза, льдисто-синие, как холодная гладь океана, иронично прищуриваются, а на губах появляется улыбка. Он нахально подмигивает и обхватывает мои запястья.

Не сводя с меня глаз, наклоняется ближе и шепчет:

— Dezer'ra a'arktu var'ri…

Странные, рычащие звуки не похожи ни на один язык, который я раньше слышала.

В руках вспыхивает острая, жгучая боль.

— Что вы делаете⁈ — вскрикиваю я.

Вокруг моих запястий появляется сиреневое свечение. Оно сгущается, обвивая мои руки тонкими кольцами, и через мгновение исчезает без следа. На коже остается лишь небольшое покраснение, как от ожога крапивой.

— Вы что сделали? — ошарашенно выдыхаю я.

— Я тебя пленил, дезер'ра, — шепчут мне в ответ.

— Пленили? — поднимаю глаза на незнакомца. — Это игра какая-то? Вы ролевик?

Знала я раньше этих любителей наряжаться в старинные одежды и бегать по лесу. «Историческая реконструкция» — так они это называют.

Мой бывший парень был одним из них. Мог уехать на игру и пропасть на несколько дней, а то и неделю. Я то наивная была, верила, что в лесу нет связи. Пока однажды не разложила на него карты. Так я и узнала об измене с «принцессой Альзэсской». С тех пор у меня была непереносимость ролевиков.

Я продолжаю смотреть на мужчину, ожидая объяснений, но он в ответ лишь спокойно улыбается. Его взгляд скользит по мне, запутавшейся в сетке, и мне кажется, что его это забавляет.

Вдруг в кустах раздается хруст, и из них, сердито ворча, вываливается еще один мужчина. Тот самый лучник со сбитым прицелом. Он одет в такую же одежду, что и мой синеглазый «знакомый». Ну, точно, ролевики.