Книга Адмирал моего сердца, или Жена по договору, страница 228 – Дарья Коваль

— Да? А если я спрошу, например, у императора?

Да, скатилась в откровенный шантаж. Но иначе его не пробить. И времени на уговоры у меня не было. К тому же это сработало. Элай выругался сквозь зубы, шумно втянул воздух. Потом опустил глаза на меня — тяжёлые, тёмные.

— Леди… Сиенна… — голос его сорвался, будто каждое слово давалось слишком тяжело. — Вы правда хотите это знать?

— Хочу, — отрезала я.

Элай окончательно посмурнел. И сквозь зубы выдавил неохотно:

— Они сделали их… калеками. Всех до единого.

Я моргнула. В груди всё сжалось.

— Калеками? — переспросила. — Ты хочешь сказать…

— Тенебрисы сделали то, что приказал адмирал. Наказали. Но не мечом, не пыткой, не смертью. Хуже, — пояснил Элай.

Стало ли понятнее?

Не особо.

Вот и переспросила:

— Хуже?

Элай опустил глаза.

— Они… лишили их… кхм… мужской силы. Теперь они никто. Не мужчины, не воины, не наследники. Их род оборвётся, поскольку не может быть продолжен.

Вот тогда до меня дошло!

— Аэдан сделал их всех евн… дворцовыми лакеями?!

— Нашего адмирала там не было, — посмотрел на меня с откровенным укором Элай.

А я что?

Я почему-то даже не в шоке.

В груди боролось одновременно облегчение, что они получили заслуженное, и ужас от того, как именно это было сделано.

М-да…

Моего мужа лучше не злить!

Что я, кстати, как раз собиралась сделать в самое ближайшее время.

— Леди Сиенна, вы куда? — озадаченно бросил мне в спину Элай, не дождавшись от меня ответной реакции, ведь я просто-напросто пошла дальше по коридору.

Я обернулась на полпути и выдала первое, что пришло в голову:

— Устала. Пойду спать.

Сказала — и сама удивилась, как спокойно это прозвучало. Хотя внутри всё кипело. Ложь скользнула с губ слишком легко, но он, похоже, поверил. Или сделал вид. Лишь коротко кивнул и отступил в сторону, не мешая.

Я пошла размеренно, не ускоряя шаг. Левый и Правый, тёмными птицами скользили за плечами — распахнутые бесплотные крылья задевали стены, отбрасывая на панели забавные тени. Только на повороте, когда взгляд Элая уже не мог достать меня, рванула вперёд. Сердце колотилось, пальцы дрожали, будто я украла нечто важное. Может, так оно и было — я крала у него доверие. И у мужа — тоже.

В собственных покоях задержалась лишь на считанные минуты. Их хватило, чтобы потеплее и удобнее одеться, а затем достать дорожный плащ — тяжёлый, с широким капюшоном. Пальцы путались в завязках, но я справилась. Туго затянула пояс, так, что ткань врезалась в талию. На миг замерла у трюмо: в зеркале на меня смотрела девушка с упрямо сжатыми губами и глазами, в которых дымился шторм.

— Так будет лучше всем, — прошептала самой себе.

Силуэты Левого и Правого колыхнулись в углу. Уверена, они даже не догадывались, насколько далеко я готова зайти.

Выбрала короткий путь — через нижний коридор и кухню. Там всегда оживлённо, и как раз в этой суматохе проще всего затеряться. Спустилась по чёрной лестнице. Ступени пахли холодным камнем и сажей; откуда-то снизу тянуло теплом, дрожью огня и ароматами: свежим хлебом, жареным луком, тушёными травами. Сердце от этого запаха будто болезненно сжалось: слишком домашнее, слишком мирное, чтобы сочетаться с моей решимостью. Но именно этот контраст и добавлял сил.

На кухне кипела жизнь. Тугие клубы пара взлетали к балкам под потолком, в печах трещали дрова, где-то звякнула кастрюля, ругнулась повариха, кто-то засмеялся шёпотом и тут же стих. Служанки таскали корзины с овощами, мальчишка-растопщик — взъерошенный, как воробей, возился у печи, подбрасывая щепу; два повара спорили о соусе, клокочущем в медном сотейнике. Никто не обратил внимания, когда я проскользнула внутрь, натянув капюшон так глубоко, что тень легла на лицо. Левый и Правый, уловив мой темп, сжались ближе, растворяясь в углах, — от них осталась лишь дрожь воздуха и обещание мгновенной защиты.