Книга Скандал, развод и Новый год, страница 69 – Ольга Гольдфайн

— Приезжай. Кто ж мне будет дрова к камину и в баню носить? Где я такого помощника найду?

Сын отворачивается, ни слова не говоря, и пересекает прихожую первый. Прячет слёзы, ведь мужчины не плачут...

У меня земля из-под ног уходит.

Оказывается, мой ребёнок обрёл здесь новую семью. Эти люди стали ему родными. А ведь ещё есть Никита, Егор, охранники, пёс Алый на заднем дворе, кошка Мурка…

И я лишаю своего сына этого тёплого окружения?

Но остаться не могу.

Смириться с тем, что Егор считает меня воровкой, невозможно.

Значит, буду рвать по живому…

Максим поворачивает ручку, толкает входную дверь и замирает.

Нас заперли.

Из дома не выйти.

Баринов взял меня в плен до выяснения отношений.

Ну что? Кофе, эклеры и валерьянка…

Буду ждать мужа.

Послушаю, что он расскажет мне нового...

Звоню в домик охранников. Сегодня дежурит Тимур.

— Тимур, мы входную дверь не можем открыть. Кажется, замок заело. Не поможете? — обращаюсь с надеждой к парню.

— Валерия Андреевна, простите, но Егор Борисович попросил никого из дома не выпускать до его приезда, — отчитывается наёмный работник.

— Понятно, — раздражённо вздыхаю и прерываю звонок.

— Оказывается, Егор Борисович приказал охране нас не выпускать, мы в заложниках, — объявляю во всеуслышание и отпиваю горячий чай. Эклеры кажутся горькими от обиды, что гложет меня внутри.

Придётся поставить Баринова на место. Он совсем обнаглел. Считает меня своей собственностью, над которой имеет безграничную власть?

Ну, я ему покажу, что у меня тоже зубы имеются. Пусть дочуркой своей распоряжается, а не мной.

Анна Тимофеевна продолжает заступаться за хозяина:

— Вы не расстраивайтесь, Лерочка Андреевна, приедет Егор, поговорите и помиритесь. В семейной жизни всякое бывает, а поначалу привыкать друг к другу очень тяжело.

Тоже мне, семейный психолог. Они тут все чуть не молятся на этого Егора Борисовича. Прям отец родной, а не хозяин…

Максим, налопавшись пирожных, уходит в свою комнату и включает компьютер. Слышу его голос: то ли играет по сети, то ли просто разговаривает с кем-то.

Я же сажусь в кресло, беру в руки книгу, пытаюсь читать и нервно вздрагиваю от малейшего шума. До ужина час, Егор должен уже быть дома, но что-то задерживается.

И тут фары машины освещают забор. Хлопает дверь, и через несколько минут Баринов заходит в комнату.

Он в пальто, на котором тают крупные снежинки — на улице пошёл снег.

Рубашка расстёгнута, из кармана пальто торчит галстук. Волосы мокрые от снега и взъерошенные. Баринов заметно нервничает.

Он садится на кровать напротив меня и тяжело вздыхает. Стараюсь на него не смотреть, пялюсь в книгу, но буквы сливаются в грязные разводы, и я ничего не вижу. В глазах стоят слёзы, хотя внутри твержу:

— Не реветь! Не реветь! Держаться!

Егор осторожно забирает книгу у меня из рук и просит:

— Лер, давай поговорим.

Я принимаю защитную позу, выпрямляясь в кресле и переплетая руки перед собой:

— О чём?

Моим голосом можно колоть лёд. Я хочу показать Баринову, что мы чужие. Абсолютно чужие люди.

— О том, что ты считаешь меня воровкой? Держишь на работе гарем, играешь с ним в какие-то непонятные мне игры, женился на мне с какой-то совершенно туманной целью?

— Лера, ты всё не так поняла, — качает головой муж.

— А как я должна понять то, что твои сотрудницы меня выживают с работы, а тебе совершенно плевать? — начинаю горячиться и адреналин шарашит внутри на полную.