Книга Скандал, развод и Новый год, страница 72 – Ольга Гольдфайн

— Столетов, ты где? — резко спрашиваю, слыша на заднем фоне музыку и громкие голоса.

— В борделе, — глупо хихикает муж.

Затем начинает икать и оправдываться:

— Да шутю я, шутю. Пятница, зашёл с коллеками в баррр…

— Вадик, ты лыка не вяжешь! Марина где? Ты ей звонил? Как ты дома такой покажешься? — меня натуральным образом трясёт от злости. Эта скотина совсем не думает о дочери!

— А я домой не пойду, — кривляется пьяный бывший. — Правда, Виолетта?

Рядом с трубкой какая-то девка мурлыкает и смеётся.

— Правда, дорогой! Сегодня котик ночует у меня, — пищит в трубку.

Тварь! Какая же он тварь!

Не знаю, что делать. Идти к Егору и портить ему вечер? Говорить, что мне надо слетать в Якутск и забрать дочь? Или подождать до утра и позвонить Марине. После ночи без отца, думаю, она решит поговорить с матерью. Больше ей не на кого опереться.

Я сбрасываю звонок и иду в комнату Максима. Он мастерит какую-то модель самолёта. Егор увлёк его моделированием, показав свою коллекцию и накупив прибамбасов. Они теперь вместе что-то клеят, собирают. Егор подсказывает сыну, когда у того возникают трудности со сборкой.

Взрослый мужчина, а детские увлечения никуда не делись. Правда, теперь можно прикрываться пасынком…

— Максим, я звонила папе, — сообщаю ребёнку.

Он сразу хмурится, заметив моё волнение.

— И? — задаёт короткий вопрос.

— Он пьян. Абсолютно. Даже говорит с трудом. Ночевать дома не намерен. Я волнуюсь за Марину. Может, поехать и забрать её оттуда? — советуюсь со своим мудрым мальчиком.

— Мама, даже не думай! Вот когда она сама позвонит и попросит, тогда и поедешь. А так ты её привезёшь, а она продолжит нервы трепать. Тебе это надо? — спокойно отвечает Максим.

— Но как же? Ей там наверняка плохо. А позвонить мне гордость не позволяет… — лихорадочно ищу аргументы в защиту дочери.

— Тупость и упрямство не позволяют ей позвонить. Мам, успокойся. Станет ей невмоготу — объявится: или меня, или тебя наберёт.

Макс возвращается к своему занятию, а меня душат сомнения.

Если минуту назад я была полна решимости купить билет и поехать в аэропорт, то теперь что-то меня останавливает.

Ладно, освободится Егор, поговорю ещё с ним. Если что, полечу утром…

Но лететь не пришлось. При очередном моём звонке дочь подняла трубку.

— Мариночка, привет! У тебя всё нормально? — тревожно спрашиваю.

— Привет! Да, всё хорошо, — коротко отвечает дочь.

Опять этот холодный тон с невысказанной претензией. Как же тяжело с подростками…

— А папа тебе не звонил сегодня? — прощупываю почву.

— Звонил. Сказал, что не придёт ночевать.

От её ровного, бесцветного голоса у меня просто мороз по коже.

Пытаюсь выяснить, насколько Столетов потерял совесть:

— Я разговаривала с папой, он был пьян.

— Первый раз, что ли?.. Да он каждую пятницу до чёртиков нарезается, домой приходит только в воскресенье с таким перегаром, что мухи на подлёте дохнут. Спасибо, хоть шалав своих не водит, — зло выплёвывает каждое слово Марина.

— Я завтра прилечу и заберу тебя, — сжимаю кулаки что есть силы. Хочется убить бывшего, причём с особой жестокостью.

— Зачем?! Я никуда отсюда не поеду, оставьте вы все меня в покое!!! Ты превратила нашу жизнь в ад, видеть тебя не хочу…

Дочь бросает трубку, а я слушаю длинные гудки и покрываюсь холодным потом.