Книга Травница и витязь, страница 71 – Виктория Богачева

Им нашлось место за одним из столов, в самом углу просторной горницы. Пришлось потесниться, но травница была рада оказаться подальше от чужих глаз. Во всех, кто сидел на длинных лавках, она видела или людей наместника Велемира, или кого похуже. Все казались ей врагами, а ведь ни кметь, ни княжич не взяли с собой мечей. Лишь ножи.

Чтобы глазели на них поменьше, — так сказал Вячко.

Похлебка оказалась такой же вкусной, как в мечтах Мстиславы. Им на четверых принесли целый котелок и каравай хлеба, и вскоре они уже скребли ложками по дну и доедали последние крошки. Даже княжич зарумянился, держаться стал ровнее. И травница отогрелась, перестала зыркать по сторонам настороженным взглядом. Доев, она выдохнула и расслабленно прислонилась спиной к теплому срубу, сонно моргая. Веки были тяжелыми, глаза — осоловевшими. Хотелось поскорее забраться вместе с Лютом под крышу клети да уснуть.

— Эй, молодые! — и потому, услышав голос хозяйки, которая подошла к их столу, Мстислава подпрыгнула от неожиданности.

Женщина же смотрела то на нее, то на Вячко — и кметю улыбалась куда радостнее. Чуть ли не подмигивала!

— Подарочек на недавнюю свадебку вам приготовила, подыскала закуток токмо для вас, — хозяйка расплылась в широкой, довольной улыбке. — Никто не потревожит, клеть в са-а-амом дальнем уголке.

Мстислава оторопела и метнула на Вечеслава испуганный взгляд. Он сговаривался о другом! Видно, что-то отразилось на ее лице, потому как женщина нахмурилась и посмотрела на нее с укором.

— Эй, молодка, да ты не рада, что ли? Я бы от такого справного мужа ни днем не уходила бы, ни ночью. А по ночам особливо бы стерегла, — и она засмеялась веселым, разбитным смехом и словно ненароком качнула бедрами, задев кметя со спины.

На ее громкий голос многие гости обернулись, принялись присматриваться да прислушиваться. Всем хотелось поглядеть и на чудную молодую жену, и на справного мужа. На них так не глазели, когда они переступили порог, а нынче же Мстислава горящими щеками чувствовала каждый чужой взгляд.

— Благодарю, — Вячко развернулся и спокойно посмотрел на хозяйку. — Не ругайся на мою водимую, она еще молода.

— Да не так уж молода, — фыркнула женщина. — Пусть крепче за тебя держится, не то уведут.

Мстислава прикусила язык, чтобы не ляпнуть, что кметь — не бык, которого можно заманить в чужое стойло, и сердито отвернулась. Стоило хозяйке скрыться, как с лица Вечеслава стекло все благодушие, и оно сделалось жестким, озабоченным.

— Ночью, как все успокоится, поменяемся, — сказал, посмотрев на Люта. — Ляжешь с сестрой.

— Заметят, — тихо возразил Крутояр. — Погляди, они уже головы сворачивают.

И впрямь. На них смотрели куда более пристально. Кто-то посмеивался, кивая на притихшую Мстиславу. Кто-то пихал локтем соседа и жарко шептал тому на ухо скабрезную шутку.

— Приглянулся ты ей, — усмехнулся княжич. — Справный такой муж.

Вечеслав метнул в него мрачный взгляд, но Крутояр, которому впервые за день было тепло, сытно и хорошо, лишь улыбнулся.

— Не ты меня стеречь будешь, а жена тебя, — прибавил он и в ответ получил уже два укоризненных взора.

А вот смотреть на Вячко Мстислава смущалась. Стоило представить, что ночевать им в одной клети. Вдвоем! Девке да парню...

— Уж не украдут меня, — вздохнув, вновь заговорил Крутояр.