Книга Брошенная снежная королева дракона, страница 76 – Юлий Люцифер

— Ее вещь, — сказала Астрид. — Духи не отдают ничего случайно.

Дракон смотрел на бусину так, будто мир снова сместился у него под ногами.

И я поняла: первый страх был утром.

Сейчас началось нечто хуже.

Не страх меня.

Страх правды, которая может оказаться живой.

Я сжала бусину в кулаке.

— Лиора не умерла здесь, — сказала твердо. — И пока я дышу, вы больше не заставите меня жить так, будто ее никогда не было.

На этот раз никто не спорил.

Потому что даже лед уже выбрал сторону.

Обратно мы шли молча.

Не потому, что сказать было нечего. Наоборот — слов стало слишком много, и каждое тянуло за собой еще десяток. Но после такой ночи разговоры часто только портят форму истины. Она еще горячая, еще живая, еще слишком легко ломается о чужую поспешность.

У меня в ладони лежала бусина Лиоры.

Маленькая.

Почти невесомая.

Но по ощущениям — тяжелее всей папки с протоколами, тяжелее короны, тяжелее любого взгляда, которым сегодня обменивались люди в этом дворце.

Доказательство.

Не бумажное.

Не придворное.

Не то, что можно назвать ошибкой переписчика или старым ритуальным мусором.

Вещь ребенка.

Отданная мне самим льдом.

И, пожалуй, именно это было важнее всего.

Когда мы вышли из бельевого коридора в более широкий служебный проход, снежные духи остались позади, но чувство их присутствия не исчезло. Дворец все еще слушал. Тянулся ко мне тонкими нитями холода под камнем, едва заметным дрожанием воздуха, тем странным внутренним знанием, которое теперь уже не хотелось называть ни галлюцинацией, ни магией в общем виде.

Это был отклик.

Мой.

И его уже нельзя было затолкать обратно в удобное название «приступ».

Торвальд ушел первым — по моему приказу, с тем спокойным пониманием, которое бывает у людей, слишком многое увидевших за одну ночь. Морвейн забрала папку с документами и тоже исчезла почти бесшумно, обещав спрятать все до утра так, что даже огонь найдет не сразу.

Остались мы втроем.

Я, дракон и Астрид.

Неприятная компания для тихого коридора.

Идеальная — для начала новой войны.

Астрид остановилась у арки, где тень от стены делала ее лицо почти резным.

— На этом нам лучше разойтись, — сказала она.

— Так просто? — спросила я. — Выходит, ты появляешься, предупреждаешь о сердечной печати, приводишь ко льду, подтверждаешь, что ребенка не потеряли, а потом уходишь в темноту как человек, который сегодня уже достаточно полезен?

Она чуть склонила голову.

— Примерно так.

— Нет.

В моем голосе было достаточно холода, чтобы даже она перестала делать вид, будто все контролирует.

— Ты не исчезнешь сейчас, Астрид. Не после этого.

Дракон молчал.

Но внимательно смотрел на нее.

Астрид перевела взгляд на него и усмехнулась очень слабо.

— Теперь вы наконец хотите вопросов.

— Теперь, — сказал он тихо, — я хочу имена.

Она посмотрела на меня.

Потом снова на него.

— Тогда начнем с того, что у нас все еще слишком мало доказательств и слишком много мертвых концов.

Если я скажу имя без опоры, вы кинетесь либо давить, либо защищать, и все рассыплется раньше, чем королева дойдет до следующего узла.

— Значит, ты знаешь, — сказала я.

— Я знаю часть.

Подозреваю больше.

И уверена только в одном: тот, кто вынес Лиору из дома, не действовал в одиночку и не мог бы сделать это без человека внутри ближнего круга.