Книга Бурый. Истинная для медведя, страница 72 – Алисия Небесная

— Присаживайся, — киваю на кресло. Сам устраиваюсь за столом. Спина привычно выпрямлена, локти на подлокотниках. Слежу за ней. Она медлит, потом садится. Не напротив, а немного по диагонали — как будто ближе, чем положено.

И всё равно — держит дистанцию. Физическую. Эмоциональную — не очень.

Вдыхаю глубже. Нужно говорить по делу.

— Завтра у тебя выпускной. Помнишь наш уговор?

— Помню, — чётко. Без сомнений. — Ты со мной.

— Да. И не только я.

Пауза. Она не перебивает. Слушает.

— Обстановка в городе нестабильная. Вечер — открытый. Площадка — большая. Люди — разные. Потому мои ребята будут охранять территорию, работать по периметру. В зале, у входов, на выезде. И — Глеб с Артёмом. Лично. Только за тобой.

Она хмыкает:

— Прямо как охрана президента.

Я усмехаюсь краем губ.

— Почти. Только я не президент. И ты — не объект. Ты моя. И я не позволю, чтобы кто-то подошёл, если ты не захочешь.

Она на секунду замирает. А потом кивает. Медленно. Уверенно. Без слов.

— У тебя есть время подготовиться, — говорю спокойно, отпуская Мираславу.

Она не задаёт вопросов. Просто кивает и уходит лёгким шагом, почти бегом. Волосы прыгают на плечах, тишина за ней будто подсвечивается её присутствием. А я уже переключаюсь.

Планшет. Сводки. Зацепка от Дорохова — короткий выброс IP, неприкрытая вспышка в шифровке, едва уловимая, но настоящая. Такой след не оставляют случайно. Это была ошибка. И таких больше не будет.

Подзываю Артёма.

Он появляется молча, но глаза внимательные. Чуть прищурен — уже в работе.

— Узнай всё, что сможешь, — бросаю. — Быстро. Тихо. Без следов.

— Под маской или открыто?

— Смотри по ситуации. Главное — не вспугни. Нам нужна не паника, а путь.

— Принято, Демид Викторович, — короткий кивок, и барс уже исчезает в коридоре.

Дальше — Илья. Тот никогда не спешит, но появляется вовремя, как будто знает, когда его позовут.

— Завтра выпускной, — начинаю. — Нужна полная готовность. Команда — в полном составе. Отпечатки, каналы, машины, связи — всё должно работать, даже если сядет свет в половине города.

— Уже работаем, — отвечает спокойно. — Периметр вокруг площадки усилен. С внешней стороны — две группы наблюдателей, по периметру — пятеро. Внутри — наши, под видом персонала. В зале — Глеб и Артём, ближний круг.

— Бронежилеты?

— У охраны — лёгкие под одеждой. У тех, кто ближе — с усилением. Глушилки подготовлены. Маршрут твоей машины продублирован, смена транспорта — в экстренном протоколе.

— Хорошо. Если кто-то дернется — не предупреждать. Сразу работать.

— Понял, — чуть наклоняет голову. — Есть ещё кое-что. Один из входов — слишком открытая зона. Можем перекрыть, но будет заметно.

— Слишком заметно — значит, правильно. Сделай это. Пусть знают, что охота отменяется.

Илья кивает. Ни вопросов, ни пафоса. Он знает: если я говорю перекрыть, значит, вариантов нет.

Когда он уходит, в комнате вновь становится тихо.

На поверхности — покой. Но под ним — натянутость. Сжатая пружина.

С самого утра всё казалось нереальным.

Будто проснулась не в доме Демида, а в чужой сказке. Где ты не решаешь, как будет, а просто принимаешь — как данность. Тёплое, мягкое платье на вешалке — по фигуре. Стилист — без слов, но с полным арсеналом: косметика, причёска, духи. Всё — до мелочей. До мурашек.