Книга В объятиях смерти. Не буду твоей, страница 234 – Кира Лин

Мелькнули клыки, её пылающие глаза, и она ударила. Боль пронзила резко и остро, разлилась по плечу судорогой.

Её клыки вонзились в мою шею, рот присосался к ране. Ощущая, как мышцы челюстей вампирши сократились, как клыки погрузились в кожу, я оказалась не в силах дышать и издавать звуки.

От шока онемело всё тело, боль сосредоточилась в области укуса. И росла, росла, пока не померк весь мир, и только рана на шее имела значение.

Кровь, вытекающая из меня в вампиршу, а вместе с ней и жизнь.

Сердце застучало — гулко и спотыкаясь. Темнота пожирала зрение рваными кусками, тошнота пережимала горло.

Во рту стоял вкус собственной крови. Горло Мари-Бэлль глотало жадно и быстро, руки, удерживающие меня, налились силой и жгли кожу.

Нестерпимо несло дорогими духами и смертью. Я могла бы попытаться её оттолкнуть, ударить силой, но не сопротивлялась.

Ещё рано. Нельзя рисковать.

А жизнь всё утекала, с каждым ударом слабеющего сердца, качающего кровь. Руки повисли на цепях, тело обмякло, теряя волю, лишь короткие судороги пронзали тут и там, как точечные удары тока.

Неужели ей позволят меня убить? Разве Алекс не хотел видеть, как свет гаснет в моих глазах?

И где гули?

— Мари-Бэлль! — голос Алекса хлестнул порывом горячего ветра.

Вампирша оторвалась от меня, губы её алели моей кровью. Я смотрела на неё и боролась с желанием плюнуть в это ненавистное лицо.

Тошнота и головокружение мелькали в голове, как гонимые ветром облака. Перед глазами вспыхивал и снова угасал мутный свет.

Я будто бы смотрела в длинный-длинный туннель, и уже было совсем не важно, что вокруг происходит.

Мари-Бэлль отпустила меня и заскользила по залу, словно под юбкой у неё не было ног.

Возможно, она левитировала. Я слышала, что некоторые вампиры так умеют, но никогда не видела своими глазами.

Из раны с каждым ударом сердца вытекала кровь, струилась по плечу, капала на майку. Встряхнув головой, я попыталась сфокусировать взгляд.

На пьедестале мерещилось какое-то копошение — пришлось сощурить глаза, чтобы картинка стала чётче. Гули навалились на Стефанию и жрали, раздирая челюстями её плоть.

В свете канделябров блеснула кость оголённого влажного позвоночника — они перегрызли ей горло. Вампирша уже не шевелилась, бледная рука бескостно свесилась со ступени.

Кровь стекала с неё чёрными ручьями и капала на белый мрамор.

Рядом с ещё живым Антонио темнела лужа. Никогда не видела, чтобы из кого-то натекло столько крови и так быстро. Алекс ранил его пулей из заговорённого серебра.

Дыра в груди оказалась настолько большой и глубокой, что было видно сердце. Ему ни за что не излечиться.

— Ты прав, Антонио, — заговорил Алекс, приближаясь и глядя сверху вниз на умирающего старейшину. — Без магии я бы не был так силён. Мне действительно повезло найти тёмного в Хайенвилле. Считаю это подарком судьбы, — замолчав, он мелькнул в мою сторону.

Я не уследила за его движением, он словно соткался из воздуха прямо передо мной. И улыбнулся.

— Отойди от меня, — процедила я и судорожно вздохнула.

Его улыбка стала ещё шире и лучезарнее.

— Знаешь ли ты, что маг усиливает способности мастера? Мне нет нужды пить его кровь, достаточно привязать к себе одним укусом. И он мой навеки! — он возвёл руки к потолку, окутанный чёрным туманом.