Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 160 – К. Ф. Шредер

— Мне очень жаль, мой друг. Все, – сказал Люсьен, и говорил он от всего сердца. Чувство вины терзало его, когда он кивнул. Он виноват, что уже ничего не сможет поправить, и он без колебаний взвалил камень на душу. За Зору.

Он решился.

Чжэ умирал. И Наэль умирал. И только один из них мог быть исцелен.

Черная магия всегда требовала плату вперед.

И кровь Чжэ стала справедливой ценой за жизнь Наэля.

— Иди! Наше солнце в опасности! Мы ждали его тысячу лет. Найди его, пока не поздно, – велели Зоре прародительницы.

Она выбралась из водоема и пошла вместе с Файолой прочь из храма. Ей надо было к Изуми!

Все в ней кричало, и пришлось собрать всю волю в кулак – идти, вместо того чтобы рухнуть на месте и исходить криком.

Она повелела Кари убить брата.

Убить Наэля.

Ее брата, который всегда был в ее распоряжении и без которого она не представляла себе жизни.

Спотыкаясь, она вышла из храма прародительниц. Снаружи она была не в состоянии установить связь с Наэлем, Кари или Люсьеном. Быть изолированной не только от магической силы, но и от друзей, это ощущалось, как будто тебе ампутировали ногу или руку.

Рев Файолы вернул ее в реальность. Вокруг царила разруха. Деревья и кусты валялись, вырванные с корнем, на лужайках, по которым тянулись глубокие борозды, вода в пруду была окрашена черным, и на поверхность вынесло дохлых рыб. Но хуже всего был вид людей и оборотней, неподвижно лежащих на траве, и одна из них была Кейвен.

То, что она здесь видела, больно напомнило Зоре о резне в городе Крепостная Стена и о том, каким пустым и тихим был этот город Стена, когда Зора вчера побывала там впервые с того дня. Тогда на него напало целое войско. Сегодня хватило одного-единственного человека.

— Изуми! – крикнула Файола. – Санья?! Можете выходить!

Никто не появился. Файола побежала. Сердце Зоры билось все быстрее с каждым мгновением, пока она брела по саду, выкликая имя Изуми и не получая отзыва.

Она пыталась успокоить себя уговорами, что обе наверняка убежали. Предположительно, Санья унесла Изуми у себя на спине и спрятала ее в лесу. Должно быть, так!

Но было не так…

Зора поняла это, когда Файола исторгла вой отчаяния. Пока Зора бежала к новой подруге, та превратилась в человека, опустилась на колени и свернулась калачиком, прикрыв голову руками. Зора услышала ее тихое всхлипывание, когда добралась до нее.

В траве перед ней лежала лапа тигра. Кровь покрывала когти, вытекая из обрубка.

— Нет, – прошептала Зора и опустилась рядом с Файолой на траву.

Потому что это была лапа Саньи. И она точно знала, что это означает.

Боевики «Горящей лилии» утащили Изуми и Санью.

Изуми дрожала всем телом, когда вооруженный мужчина вел ее вдоль нескончаемого ряда витрин, наполненных костями, кожами и шкурами. Что это было за место? Где-то на заднем плане она слышала яростный рев Саньи.

— Не плачь, дитя мое, – произнес вкрадчивый голос.

Она и не заметила, что слезы текли у нее по щекам. Быстро их вытерла, прежде чем обернуться. Этому она научилась у Кари. Кари показала ей, что надо быть храброй даже перед лицом смертельной опасности.

— Ты кто? – спросила она стоящего перед ней человека.

Приветливое лицо, синие глаза и полные губы, сложенные в широкую улыбку. Черты лица такие же, как у Люсьена. Только Люсьен был теплый и дружелюбный, а от этого мужчины исходил холод. Он был старый, старше ее матери Сайки, которая отдала жизнь, чтобы защитить Изуми. Позади него возникли тени, кромешная тьма.