Книга Любовь, горькая и сладкая, страница 42 – К. Ф. Шредер

— Генджи! – окликнула она. Это было глупо. Опасно и легкомысленно! Но она хотела, чтобы он ее увидел. Хотела, чтобы этот нахал посмотрел ей в глаза и понял, что пришла его смерть.

Палец Кари уже был на спусковом крючке, когда она боковым зрением различила черную тучу, наползающую на убегающих жителей квартала, как разлившаяся в море нефть. Ее глаза коротко метнулись к магу «Горящей лилии», показавшегося в конце переулка. Рядом с ним стоял молодой мужчина с темными волосами и еще более черным взглядом, устремленным на Кари. У нее резко закружилась голова, так что застило свет перед глазами. Она знала это чувство! То был туман. Однако в этот раз он не попытался что-то у нее отнять. Наоборот. Туман подарил Кари одно воспоминание. Повторялась ситуация двухнедельной давности, когда заговоренная Кари (на нее было наложено заклятие забвения) снова увидела Сайку.

Боевики нападали, люди убегали, окружающее расплывалось, как акварельная краска на картинах импрессионистов. Но внезапно Кари выхватила в суматохе лицо мужчины, стоявшего в переулке. Темные волосы, слегка загорелая кожа, полные сжатые губы, искривленные в трагической улыбке. Глаза сперва темные, потом синие, как вечный океан, – взгляд, суливший свободу, вечность и понимание. А как он на нее смотрел?! Как будто мог видеть больше, чем все остальные; как будто проникал в самое нутро Кари, скрытое ледяным щитом. Это ее единственный – пропавший парень, после скоропостижного ухода оставивший дыру у нее в груди.

Без бирюзовых волос и широкой улыбки, как парень в ее фантазии. Перед ней стоял молодой человек с печальной улыбкой, и кажется, это и был Наэль. Остальные воспоминания вернулись разом. Одна поднятая бровь и вызывающая улыбка, которая воодушевляла ее раз за разом. Колода карт с драконьей рубашкой в баре «Люминер». Голая грудь Наэля между ее бедрами, когда он среди ночи ворвался в ее комнату на вилле Немеа. Белые стены и белая постель в его квартире, сперва показавшиеся ей невероятно холодными, а позднее – парусником, надежным укрытием от жизненных бурь.

Вкус жареной лапши, слишком острого карри и чая с тапиокой. Вкус свободы. Пронзительный взгляд его синих глаз в комнате высотки в городе Крепостная Стена, после чего Зора позволила ей попасть в его воспоминания о детстве на Кох-Малее и о растерзанных магами «Горящей лилии» драконах, их падающей с неба плоти. Сердце Наэля бьется у нее под щекой, когда он сжимает Кари в объятиях. Его запах всегда ее заземлял. Поцелуй – первый поцелуй Кари – на крыше многоэтажки города Крепостная Стена. Игра, которую она с ним вела и, по его мнению, давно выиграла. Второй, прощальный поцелуй посреди резни в городе Крепостная Стена. Он был слишком коротким, но зато подарил ей так много. Доверие и надежду. Как все это разрушилось, когда она узнала, что он послал ее мать на смерть. Последние слова. Обещай мне.Обещай мне, Кари, обещай. Снова и снова.

Впечатления накатили, как волна прибоя, даже дышать трудно. Вернулось все: каждое воспоминание, забытая эмоция – и захлестнуло с головой. Слишком много для первого раза, слишком сильно. Цветные точки и обрывки воспоминаний кружились в вихре. Вдруг боль обожгла левый бок. Разноцветный вихрь перед ее глазами перешел в черноту. Моргая и откашливаясь, она пыталась не потерять сознание.