Книга Академия Высших: студенты, страница 196 – Марта Трапная

— Пойду я, пожалуй, домой, – бодро заявил Мурасаки, выкапывая в одежде на вешалке свою куртку. – Не хочу вам мешать.

— Подожди, – Раст отвел руки Чоки, – ты же умирал от голода.

— Это была временная слабость! – Мурасаки обулся и взялся за ручку двери. Обернулся. – Хорошего вечера, мальчики. Чоки, имей в виду, что Раст мне нужен на первой паре живым и бодрым, у нас практикум. И я не собираюсь отдуваться за двоих.

Он выскочил за дверь, как будто внутри полыхал пожар. Он и полыхал… в некотором роде. Холодный ледяной пожар одиночества.

Снаружи действительно шел снег. Маленькие одиночные снежинки, больше похожие на мелкий дождь. Мурасаки натянул капюшон на голову и побежал в сторону студенческого центра. Уже войдя в столовую, он понял, что напрасно решил ужинать здесь, а не дома. То ли из-за погоды, то ли еще из-за чего, столовая была забита. Свободные столики? И не надейтесь. Хорошо, если свободный стул получится найти!

Мурасаки занял место за длинным столом с незнакомыми первокурсниками. Через пару минут обнаружилось, что напротив и наискосок, через два человека сидит Фиеста и изо всех сил старается привлечь его внимание. Мурасаки улыбнулся, кивнул ей и вернулся к ужину в надежде, что или она закончит раньше и уйдет, или он. Он меланхолично жевал рис, стараясь больше не поднимать взгляд. В последние дни иногда он будто проваливался в прошлое, отвечал на улыбки, шутил, начинал болтать со всеми вокруг, потом спохватывался, что он тут задержался, а Сигма его уже заждалась, тут же вспоминал, что Сигмы здесь нет… и это было как просыпаться после хорошего сна в холодную отчаянную безнадежную реальность. Поэтому Мурасаки старался не расслабляться. И ни с кем не разговаривать.

Он успел выйти из-за стола раньше, чем Фиеста, но она догнала его в холле.

— Мурасаки, подожди!

Он остановился и обернулся. Фиеста быстро шла к нему, на ходу набрасывая белую-белую пушистую меховую курточку.

— Ты к себе? Нам по пути, кажется.

Мурасаки холодно смотрел на нее.

— Нет, я не к себе. Нам не по пути.

— А куда ты?

Мурасаки пожал плечами.

— Это не тот вопрос, который вежливо задавать незнакомым людям.

— А мы знакомы, – она улыбнулась. – Почему ты такой мрачный, Мурасаки?

— Потому что настроение не регламентируется правилами Академии, – ответил Мурасаки и пошел к выходу.

Он надеялся, что на улице Фиеста отправится к себе, особенно если он демонстративно пойдет в другую сторону. Например, к воротам. Но Фиеста решительно шагала рядом с ним и не собиралась отставать.

— А правда, что у тебя была девушка?

— Нет!

— О, я так и думала! – рассмеялась Фиеста. – Ты не похож на парня, который умеет ухаживать за девушками и все такое.

Мурасаки резко остановился и развернулся к Фиесте.

— Я умею ухаживать за девушками. Но я не собираюсь ухаживать за тобой. Потому что у меня есть девушка.

— Но ты же только что сказал, что нет, – растерялась Фиеста.

— Я сказал, неправда, что у меня была девушка, потому что у меня есть девушка. Еще вопросы есть?

— Да, – улыбнулась Фиеста. – Кто она, твоя девушка? Можно узнать, кому так повезло?

Мурасаки вздохнул.

— Ее зовут Сигма. Она студентка Академии.

— А, – выдохнула Фиеста, – так мне про нее и говорили. Как же она может быть девушкой, если ее здесь нет? Говорят, ее нет в живых.