Книга Ненужная жена. Отданная дракону, страница 3 – Илана Васина

Связь оказалась вполне прямой. Обычно жрецы не отправляли драконам замужних дарн. Однако на любое правило было исключение.

В обществе Элириса царил лютейший патриархат. От имени своих жён мужья запросто подмахивали подписи на любых документах. Вот почему мой муж смог записать меня в качестве приношения дракону. Так сказать, добровольно-принудительно.

Заступиться за меня было некому. Ни отца, ни старшего брата. Старейшина исчерпал своё присутствие в моей жизни, когда выгодно выдал замуж.

Так что из дома меня вывели, как преступницу. Связанную и под стражей.

По традиции, первым делом, меня повели в храм, чтобы жрец провёл ритуал, закрепивший бы меня в качестве приношения. В белых, мраморных стенах ритуальной комнаты было зябко и как-то... стерильно.

Я попыталась донести до жреца, что не соглашалась на жертвенный камень. Муж записал меня против воли. Практически, обманом. Ведь в изначальном выборе жреца моё имя не значилось.

Но старик будто меня не слышал.

— Неисповедимы наши пути, — задумчиво протянул он и с упрёком покачал круглой головой. — Только глупцы противятся божественному замыслу.

Что за бред?

Разве мог божественный замысел заключаться в предательстве мужа?

В голове мелькнула догадка, что то ли Эдмир, то ли родители Глиссы отстегнули жрецу богатые отступные. Храм ведь держался на пожертвованиях. Видно, поэтому старик и вёл себя с таким равнодушием. Опустил взгляд и продолжил бормотать слова на непонятном языке, завершая ритуал.

Когда два стража повели меня к жертвенному камню, я окончательно осознала, что могу рассчитывать только на себя.

Мне было неизвестно, что происходило с бедняжками, которых забирали драконы. Их съедали? Сжигали забавы ради? Разрывали когтями? Скидывали в пропасть? Что ещё могли сотворить ящеры — я не представляла.

Служанки шептались, что охотники обнаружили в Зеркальном ущелье целое море человеческих останков. От этой мысли мороз продирал по коже. Меньше всего я хотела стать каплей такого моря!

Мой страж снова ускорил шаг. Грубо дёрнул за верёвку — и запястья заныли от крепко перетянутых пут. Кисти немели. Приходилось постоянно сжимать и разжимать пальцы, при этом поспевая за идущим впереди конвоиром.

Какая ирония. Коротким росчерком судьбы моя жизнь перевернулась с ног на голову. Меня — вчерашнюю баронессу — вели, точно овцу на убой...

Второй страж шагал в конце нашей короткой процессии, то и дело покрикивая:

— А ну, шевелись, дарна! Не зевай. Не на прогулку вышли!

Как ни странно, я была ему благодарна. Резкие окрики воинов заставляли меня собрать волю в кулак — в то время как жалость горожан делала слабее. Мне нельзя сейчас раскисать — я это остро чувствовала.

Подчиняясь приказам, шла торопливо. Хотя запиналась почти на каждом шагу, очень старалась удержаться на ногах.

За год я так и не приспособилась к неровной брусчатке. У рождённых здесь дев была совсем иная походка — лёгкая, парящая. А я, с детства привыкшая к асфальту, сильно проигрывала на их фоне.

Постепенно булыжная мостовая превратилась в утоптанную дорогу, и идти стало намного легче. Чем дальше мы отходили от центра города, тем сильнее редела толпа.

Когда мы вышли на самую окраину и увидели опушку жертвенного леса, я невольно задрожала. Умирать было страшно.