Книга Принцесса была прекрасная, проклятие было ужасное, страница 33 – Орхидея Страстная

— А… — открыла я рот, не зная, как спросить, но Кари объяснила сама:

— Там фонтан, к которому проведены трубы. Он сделан для парада и для маскировки. Настоящий источник на самом деле здесь и посторонним его не показывают.

Вот это оказалось настоящее открытие! И я не знала, должна была я знать этот секрет или мне не положено.

Мы добрались до самого конца владений, где я увидела не только северную часть забора, но и ту самую калитку, которую Хоакин запретил мне открывать. Впрочем, сейчас мне было не до неё, потому что капибара крикнула:

— Перотти!

И нам навстречу из кустов вышла огромная черепаха — высотой, наверное, мне по пояс, не меньше.

— Привет, Перотти! — обрадовалась Кари, пока здешняя долгожительница внимательно осматривала нас. — Как я и обещала, мы пришли.

— Ви-и-ижу-у-у, — протянула черепаха уточнила. — Ты понимаешь меня?

— Почти, — отвели я с корректировкой, и капибара тут же пояснила:

— Роси прокляли, поэтому она немного чудно говорит. Но сейчас уже можно догадаться, что она хочет сказать.

Перотти степенно кивнула, поняв всю ситуацию, а потом великодушно разрешила:

— Что ж, принцесса Баи, присаживайся. Разговор будет долгим.

— Принцесса?! — встрепенулась моя провожатая, первый раз об этом услышав.

— Да, — объяснила ей черепаха. — В Бае только дети с королевской кровью могут получить от природы столь щедрый дар. Насколько я знаю, у нынешнего правителя восемь дочерей. Значит, Роси — одна из принцесс.

— Ну как-то так, — развела я перед капибарой руками чуть виновато, а потом, подумав, заприметила приличных размеров камень и села прямо на него.

Перотти же легла, сложив свои лапы вдоль туловища и начала, словно рассказывая легенду:

— Эта история началась очень давно! Мы передаём её друг другу уже больше десяти поколений. Когда-то Омера, такая же принцесса Баи, как и ты, только наделённая способностью даровать воде чудодейственные свойства, решила отправиться на уединённый остров. Для этого она купила в соседней Веронии большое парусное судно и наняла для его управления бедного рыбака Боржи, потому что никто другой не соглашался отправиться в столь дальний путь.

Я судорожно попыталась припомнить в истории Баи подобный инцидент, но то ли я плохо знала историю, то ли произошёл он слишком давно и в летописях не сохранился. Или просто никто не знал, чем всё закончилось, и про какую-то пропавшую в древности принцессу ничего в летописях не написал.

— Однако, принцесса Омера не знала, что Боржи согласился на это, потому что был тяжело болен и хотел заработать на лечение. И что в длинном путешествии они вдвоём влюбятся в друг друга, — продолжила Перотти, а у меня почему-то сердце кольнуло. — И вот уже на острове, где не было ничего, кроме дикого тропического леса, Боржи стало плохо. Тогда он признался во всём принцессе, жалея только о том, что не сможет увезти её обратно.

Но Омера не могла допустить, чтобы её возлюбленный покинул мир так рано. Она вложила все свои силы, чтобы создать источник, который его спасёт. Магия проросла в остров, создала ключ с исцеляющей водой. Однако сама принцесса отдала за это всю свою жизнь. Несчастный Боржи остался здесь владыкой волшебного источника, с необычайно сильной магией… но с разбитым сердцем.

Капибара, сидевшая рядом со мной, в этот момент пустила слезу. За спиной внезапно кто-то ахнул, и я, чуть обернувшись, увидела, что с нами слушает древнюю легенду семейство попугаев. Я же пока не могла понять, в чём суть проклятия и горем особо не прониклась. Сентиментальность вообще была не моей сильной стороной.