Книга Принцесса была прекрасная, проклятие было ужасное, страница 41 – Орхидея Страстная

— Я же не знаю, что ты обо мне думаешь, — пожала я плечами. — Да и проклятие… Оно ведь действует не на меня, а на тебя, помнишь? Я и так, заявилась к тебе без спроса, ни выставить, ни спровадить. Полкровати заняла, замки вскрываю, лезу куда не следует, нос не в свои дела сунула...

— Роси, — вдруг прервал мои шутливые претензии Хоакин и заглянул прямо в глаза.

И я замолкла, внимательно глядя в ответ. Боясь оторваться даже на секунду, потому что чувствовала — между нами произойдёт сейчас нечто очень важное.

— Мне с тобой хорошо, — неожиданно без всяких изысков и прикрас сказал владыка. — С тобой спокойно и очень уютно, как не было раньше ни с одной девушкой. Впервые мне страшно представить, что ты вдруг решишь навсегда меня покинуть. Поэтому даже не вздумай сравнивать себя с кем-то. Разве что в свою пользу, договорились?

— Хорошо, — легко пообещала я и прижалась к Хоакину поближе.

И в этот миг мне было так легко, что надеялась только на лучшее, хотя и крутилась в голове мысль, как хитры и изобретательны бывают проклятия.

После того, как всё утряслось, день я вынашивала план мести. Специально в сад не выходила, чтобы Любимчик не заметил моё состояние. Просто бродила по дому и временами зловеще смеялась, слегка пугая хозяина.

В итоге ближе к вечеру владыка не выдержал и уточнил:

— Может быть мне посадить Любимчика в клетку? Для профилактики?

— Ты что, думаешь его от меня спрятать? — вздёрнула я бровь, не об этом весь день мечтая.

— Я переживаю, что он в пылу драки может тебя поранить, — попытался прикрыться благими намерениями Хоакин.

— Просто нырну ещё раз в источник и никаких проблем, — сообщила я, вчера в полной мере оценив все прелести купания. — Но если ты действительно переживаешь за меня, то можешь позволить мне выбрать артефакты из твоих запасов. Кажется, там что-то предполагалось для охоты на птиц.

— Да есть пара приспособлений… Но ты уверена, что я не должен тебя защитить? Как благородный рыцарь свою даму сердца…

— От кого?! От попугая?! — опешила я, даже возмущённая этим фактом. — Если ты помешаешь мне его ощипать, я оскорблюсь до глубины души — так и знай!

Вздох у владыки вышел смиренным. Кажется, он понял, что это моя битва и посторонним в неё вмешиваться нельзя, однако предупредил:

— Если что — позови меня по имени. Я должен услышать.

Я заверила, что обязательно позову, если ситуация выйдет из-под контроля, и перебрала у Хоакина все артефакты, чтобы подобрать подходящие. Нашла отличную ловчую сеть, через которую нельзя было меня укусить, и счастливая отправилась спать.

После обеда я старалась на глаза какаду не попадаться, однако внимательно за ним следила. Дождалась, пока он улетит в одиночку на задний двор, и тихо прокралась следом за ним, приготовив ловчий артефакт. Медленно-медленно я двигалась, стараясь сделать так, чтобы даже травинка не шуршала, но, к счастью, Любимчик чувствовал себя в безопасности и даже по сторонам не смотрел.

Без каких-либо опасений он присел на куст с ягодами, собираясь перекусить, и вдруг я набросила на него приготовленную сеть, а сама упала следом за ним на землю, чтобы он не смог выбраться.

— Р-роси, что случилось? — невинно спросил какаду, на всякий случай драпанув от меня в дальний конец сетки. — Ты пугающе выглядишь! С тобой всё в пор-рядке?