Книга Королева северных земель, страница 138 – Виктория Богачева

Хмыкнув, Рагнар склонился и коснулся обветренными губами её лба, затем развернулся и зашагал прочь. Хакона он разыскал на берегу, тот занимался подсчётом взятой на драккаре данов добычи. Увидев конунга, оставил сваленные в кучу мешки и выжидательно замер.

— Вечером будет пир в честь моей жены, — сказал Рагнар, скользя взглядом поверх головы Хакона.

Море всё так же бушевало, и вдали на горизонте клубились тёмные облака.

— Ослабь дозоры вокруг Вестфольда, — прибавил конунг, и Хакон недоверчиво вскинул брови.

Прежде он бы спросил, не раздумывая. Но с некоторых пор доверие между ними было отравлено ядом подозрений, и потому он медлил. Но Рагнар всё равно пояснил.

— Одного предателя я убил. Второй остался где-то здесь.

— Что?.. — Хакон нахмурился пуще прежнего. На худом лице натянулась кожа, ярче проступил старый шрам, обезобразивший щеку.

Он быстро обернулся, словно мог увидеть предателя, но, справившись с собой, вновь взглянул на конунга.

— Не знаешь, кто он? — не то спросил, не то сказал.

Рагнар кивнул.

— Может, выйдет заманить Сигурда в ловушку. Ослабь дозор. Пусть предатель отправит весть.

Он вновь посмотрел за спину Хакона, на пенящиеся волны, с шипением наступавшие на берег. Напрасно он усомнился в своём старом друге тогда, много седмиц назад. Напрасно заподозрил его в обмане.

— Ярл Торлейв… кхм... Торлейв не назвал тебе имя?

Рагнар коротко мотнул головой.

— Он не знал, кто второй.

Хакон вновь нахмурился, обдумывая что-то. Потом взглянул на конунга из-под насупленных бровей. Серые глаза стали почти прозрачными, словно талый снег.

— Стало быть, я недоглядел, — сказал он ровным голосом. — Раз в хирде завёлся предатель.

— Здесь нет твоей вины, — почти сурово возразил Рагнар и, поддавшись порыву, накрыл здоровой ладонью плечо друга и крепко сжал. — Я напрасно в тебе усомнился.

Глаза Хакона вспыхнули удивлением. Он уже открыл рот, собираясь что-то сказать, но передумал и замолчал. Рагнар тоже ничего не прибавил, лишь хлопнул его пару раз по плечу и опустил руку.

— Пригляди для меня за людьми Сигрид, — попросил он с хищной усмешкой, когда оба ушли с берега, чтобы по тропинке вернуться в Вестфольд. — Самый старый из них, Торваль, держал копьё ещё за конунгом Ульвом. Он кажется мне надёжным. Но другие... Кто знает.

Хакон кивнул.

— Значит, вы поладили, — он искоса глянул на Рагнара.

Тот вновь усмехнулся, и взгляд сделался задумчивым, как если бы что-то припоминал.

— Да.

Они обошли Вестфольд, и Хакон указал на места, где выставили новых дозорных, чтобы никто не мог напасть со стороны леса. Затем забрались на утёс, что нависал над фьордом, чтобы посмотреть на раскинувшееся перед ними море, в котором мелкими точками выделялись островки.

— Конунг Харальд придумал держать на них дозорных по две седмицы, а потом сменять. Чтобы загодя встретить чужой драккар.

— Их пока оставим.

— Как ты поймёшь, что предатель отправил весть?

— Потому я и привёл тебя сюда, чтобы поговорить без чужих ушей, — сказал Рагнар. — На пиру нужно будет глядеть в оба. Коли кто уйдёт надолго, притворится хворым, рано встанет из-за стола. Тех, кому я верю, мало. Ты, Сигрид, Гисли — тот, что с перевязанной рукой — кормщик со второго драккара, Свейн. Жаль, Медвежья Лапа ушёл с отцом... — с досадой прибавил конунг.