Книга Рябиновая кровь, страница 23 – Марина Адлер

— Ягда! Ягда! Просыпайся скорее! — стала причитать Любава, до боли вцепившись в моё плечо. — Бежать тебе надобно. Бежать и не оглядываться! Погубят, ироды!

Потерев глаза, повернулась и посмотрела туда, куда глядела сейчас няня. Извозчики по приказу Ярослава освободили клетку с голодными псами от ткани чёрной, а Военег нерешительно теребил в руках связку с ключами. Любава отворила тихонько дверь кареты. В этот момент сердце моё застучало так быстро, что и не понимала, как оно вовсе не остановилось.

Не мешкая и минуты, уже порывалась выскочить и бежать, но заметила, что Любава не собирается следовать за мной.

— Как же ты, няня?

— На меня не смотри. Тебя князь Литород приказал умертвить. Глупый, что же натворил! Беги, Ягда! Беги же! — рыдая, причитала няня.

По щекам её скатывались слёзы, а сама она вцепилась взглядом в клетку с собаками, словно могла этим остановить дружинников. Военег принялся возиться с замком, а Ярослав двинулся в нашу сторону. Наверняка по мою душу. На разговоры и раздумья не осталось времени. Я бросилась прочь и сразу упала на землю, больно ударяясь коленями. Словно и не была хозяйкой своему телу, ноги понесли меня в лес необычайно быстро.

За спиной послышался лай собак и поняла тогда только, что успела убежать довольно далеко. Подхватив длинные юбки сарафана, с ещё большей прытью рванула по узкой тропинке глубже в лес, который словно помогая, стал расступаться передо мной.

Позади всё ближе стал слышен лай собак, которые догоняли. А впереди, у самых ног задрожала земля, перекатываясь волнами. Лишь дернистые заросли травы устилали ковром смертельную трясину болот. Редкие деревья впереди тоже говорили, что болото дальше. А их омертвевшие стволы о том, насколько глубоки эти трясины. Один шаг не туда — и смерть. Потопит болото любого, кто осмелится испытать его гостеприимство. Знала это наверняка. Но вновь оглянувшись, уже заметила настигающих чёрных псов среди зарослей и шагнула вперёд:

— Лучше я в болоте утону, чем псам достанусь! — сказала сама себе для смелости.

Словно пуганый зверь, то и дело пару раз ступала на качающуюся траву под ногами. Испытывала ту на прочность, перед тем, как сделать новый шаг. Это сильно препятствовало быстрому побегу. Но и собаки, которые вскоре настигли свою жертву, тоже не спешили броситься бездумно за мной, почуяв неладное. Псы заскулили и стали кружить у кромки трясин. Это дало надежду, что смогу оторваться от них. Смелее начала убегать от своры собак, оставляя тех позади. На губах успела обозначиться лишь на миг радостная улыбка. А после я провалилась сразу по пояс в зыбкую грязь.

Всё тело затрепетало, погружаясь медленно, но верно глубже в болото. Руками стала цепляться за невысокую траву, силясь выбраться. Но всё было тщетно. Вскоре ненадёжные берега из дерновых круч тоже стала поглощать кромка воды над трясиной. Не успела опомниться, а вода добралась до груди. Паника зашипела под кожей, подгоняя шевелиться, постараться выбраться из плена болот. Но разум унял этот порыв, заставляя замереть. Я знала — чем больше трепыхаешься в трясине, тем скорее болото поглотит полностью.

«Возможно, и я стану одной из нечестивых тварей после ужасной смерти» — мелькнула мысль, когда осознала, что псы, завидев мою беспомощность, стали ползком приближаться. Бездумно я стала водить по кромке воды, ища хоть, какую палку или мелкое деревце, что поможет выбраться. А когда пальцы наткнулись только куски мха, да клочки травы, позволила себе последнее: