Книга Рябиновая кровь, страница 32 – Марина Адлер

— А я-то всё думаю, отчего такая бледная ты стала прямо на глазах, — начал бесстыдно рассматривать меня парень, выискивая красный след на белой ткани. Заметил на длинном подоле пятно крови и стал беспардонно, несмотря на мои брыкания, задирать сорочку. — Нельзя так, Ягда. Порой и малая рана может обернуться великим несчастьем. А клыки тех собак наверняка длинные. Глубокий след оставили в плоти. Особенно в твоей.

Парень разочарованно цокнул. Ткань затрещала: её водяной порвал, чтобы скорее добраться до раны. Я в ужасе осмотрела свои голые до колен ноги. Яромир тоже на мгновение замер, осознав, что уже не ищет ушибы и раны, а попросту залюбовался девичьим телом. Но замер он лишь на мгновение. После заглянул в мои глаза и снова опустил взор на ноги, изучая их уже словно целитель.

-где? Покажи мне. На коленках раны мы быстро излечим, — попросил Яромир, сидя передо мной на корточках, так искренне и сочувствующе, что в мгновение заслужил больше доверия.

— Там. Позади, — приподняла ногу и сразу же скривилась от боли. Рана действительно была глубока. Это легко заметила по изумлённому лицу Яромира, который наверняка ругал себя за излишнюю строгость ко мне.

-только не сопротивляйся, Ягда. Теперь тебя век на руках носить буду.

С этими словами водяной аккуратно, чтобы не задеть ран на теле, поднял меня и понёс в парную, где уже клубился густой пар. В предбаннике было тепло и уютно. Деревянные стены и пол, придавали приятный вид скромному, но уютному строению. Но в самой парной, где камни у горячей каменки раскалились и отдавали щедро тепло пространству, располагались широкие лавки и деревянная купель. Вода в ней парила заманивая. Я и не заметила, как обняла Яромира за шею, стараясь держаться крепко. А когда опомнилась, стало поздно. Запах мужчины пленил мой разум и чувства, ворвавшись в лёгкие. Водяной пах вовсе не болотами или тиной. Яромир носил запах свежести ветра перед дождём, земли после ливня. Когда незаметно прислонилась к нему поближе, чтобы понять, чем именно пахнет водяной, то с восторгом осознала, что пахнет он настоящей грозой. Свирепой летней бурей!

Грудь водяного неожиданно дрогнула от смешка, а когда подняла глаза, то заметила на губах парня самодовольную усмешку. Глаза его в этот момент переливались чистым счастьем, глядя на меня. Моё же лицо опалило стыдом. Ничего не говоря и даже не останавливаясь, Яромир аккуратно усадил меня на одну из широких лавок.

— Ложись на живот. Так будет лучше видно.

Послушно легла в этот раз, как велел парень, и сама немного приподняла подол сорочки. Утешила себя тем, что наверняка больше никогда не увижу водяного, когда тот отведёт меня к своему князю. А значит, не придётся перед ним больше краснеть, вспоминая, как позволила молодому мужчине лицезреть себя в полуголом виде.

Водяной взял какую-то мазь и принялся мазать мои раны, не забывая и про мелкие ссадины. Стало прохладно в этих местах, но вскоре боль вовсе прекратилась.

— Никому не рассказывай о моём позоре, Яромир, хорошо? Не должен знать твой повелитель, что невеста его в неглиже перед тобой лежала. Мой бы отец за такое казнил. И тебя, и меня.

Яромир неожиданно резко помог сесть и посмотрел в глаза. Его дыхание коснулось кожи, настолько приблизился.

— Послушай, Ягда, твой отец и вовсе за меньшее решил казнить тебя. Я же помогаю. Но не волнуйся. Не стану болтать. Твои желания учту, ласточка, — от нового прозвища я встрепенулась. Хотела поправить водяного, но тот засунул пальцы в рот, облизал их и помазал моё колено. — Не удивляйся так, княжна. Чудовища могут и исцелять, а не только пугать да раздевать юных красавиц.