Онлайн книга «Конец света»
|
— Лучше б вам было прийти ещё позже, — сквозь зубы произнес Костя, не отводя глаз от бывшей подружки. — Может, пойдете еще чуток погуляете? — Она того не стоит, Костя, — едва слышно сказал куратор, впервые не использовав официальное обращение. — Я понимаю, что ты чувствуешь… думаю, что понимаю, но возьми себя в руки. Здесь много служб, тебя могут раскусить в любую секунду… — Ты знал?! — У меня были подозрения, но в основном насчет вашего друга. Мы просматривали другие отпечатки, ее там, конечно, не было, но где-нибудь поблизости всегда находилась ее персона. Надо отдать Инге Алексеевне должное — она всегда старалась очень хорошо ее спрятать. Оңа наблюдала за тобой — наблюдала месяцами. — Так же, как делала это, пока я был жив, — глухо ответил Костя. Евдоким Захарович развел рукавами. — Я до сих пор в полном ошеломлении! — Как и все мы, — встрял начальник присоединителей. — Теперь изучать и изучать, чтобы понять техническую сторону того, как они все это провернули. Персоной займусь сейчас же лично, бегунью в департаментах уже җдет мой заместитель. Наконец-то что-то конкретное. Правда, теперь мы все здорово схлопочем за отсутствие санкции на операцию. — Ты же начальник отдела, — вяло удивился Костя. Техник отмахнулся. — Технический департамент подотчетен департаменту Распределений и Присоединений, нас вычленили не так давно, и мы все равно считаемся их частью. Вообще бредняк, конечно, и называть их следовало бы лишь департаментом Распределений! Присоединяем-то мы, а они и заслуги cебе зажиливают, и название, зато вот… Костя, перестав слушать раздраженный говорок присоединителя, обмахнул взглядом небольшую толпу хранителей, начавшую собираться на другой стороне улицы, и, снова устремив взгляд на Ингу, которую времянщики потянули от стены, кивнул синебородому. — Дашь мне минуту? Ты обещал… — Имеешь право, — Евдоким Захарович пожал плечами. — Но будь благоразумен. Костя подошел к Инге, отмахнулся от одного из сотрудников службы временного сопровождения, упреждающе протянувшего руку поперек его груди, и перевернутое лицо бегуньи с трудом зафиксировало на нем злобный, теперь уже абсолютно безумный взгляд. Она снова дернулась, отчего отставший лоскут кожи колыхнулся и перекинулся на лицо, залепив часть его слипшимися от крови прядями, отчего Инга стала выглядеть ещё более жутко. Но это сейчас Костю мало волновало. Его интересовало лишь выражение карих глаз, очаровательных даже в своей мертвой стеклянности. Симпатия, говорил тогда про отпечаток Евдоким Захарович. Отсутствие безумной ненависти, которая сейчас была налицо. Тогда Инга еще его не ненавидела. Тосковала, желала, но не ненавидела. Убить человека — и продолжать его добиваться. Блеск! Отчего-то ему вдруг вспомнился обрывок стишка, который когда-то бормотала Аня: Есть разные оттенки красоты, И разные у ночи есть оттенки… — Что ты хочешь?! — прохрипела Инга и попыталась повернуть голову, скрученная шея снова хрустнула, вспучившись на затылкė сломанным позвонком. — Костику нужны ответы?! Я ничего… — Я, конечно, мог бы спросить, за что, — Костя сунул ладони в карманы брюк и сжал там пальцы в кулаки. — Но ответ очевиден — и это точно не банальное «так-не-доставайся-ж-ты-никому». Мы в чем-то похожи, Инга. Мы не отступаем — и всегда до последнего добиваемся того, чего хотим. Ты умерла, я был жив, недосягаем и не знал о тебе, и для тебя это было невыносимо. Ты использовала единственный доступный тебе способ и попыталась перетащить меня в свой мир. Сделать из меня бегуна. Но у тебя не было опыта, и затея провалилась. Ты ведь на самом деле была здесь достаточно долго, чтобы что-то узнать и понять. Не знаю, когда именно ты связалась с этой бандой, но на меня у них планов не было. Они были только у тебя. Я прав? |