Книга Говорящие с..., страница 281 – Мария Барышева

— А что они... кого они...

— Не спрашивай больше - все равно не скажу! - отрезал собеседник. - Хочешь найти своего, хм-м, учителя, сообщи, что ты умеешь. Может, я и встречал его. А так... не надо. У них своя жизнь, им и так многим тяжело, уж ты-то должна понимать. Я одно знаю хорошо - чем дальше от меня Говорящие, тем мне спокойней. Говорящие - так мы друг друга называем, - пояснил он и хихикнул. - Уж не знаю, откуда взялось, а только подходит здорово. Давно ты?

— С апреля, - машинально ответила Шталь, поднимая табуретку.

— Непросто было, наверное, - посочувствовал Глеб. - Просто становится, когда перестаешь на этом зацикливаться, и воспринимаешь только как обычных собеседников. Вообще, это конечно очень увлекательно - раскрывать скрытые таланты, способности и потребности вещей. Или изменять их. Вещи ведь многое могут перенимать от людей, знаешь ли, поэтому сложней всего с теми вещами, которые принадлежали плохому человеку и... любили его. Однажды мне попалась расческа одной женщины, так та... - Глеб осекся и вздернул голову, тревожно глядя в закатное окно. Потом повернулся и с подозрением, но в то же время укоризненно посмотрел на Эшу.

— Ты же сказала, что приехала одна. Мне показалось, что тебе можно верить.

— Так и есть, - удивилась она. - В чем дело?

— Ты никому обо мне не говорила?

— Нет, никому! - заверила Эша совершенно искренне. - Что ты там увидел? Перед окошком парят мои сподвижники?

— К дому подходит Говорящий! - произнес Глеб внезапно осипшим голосом. - Прямо к подъезду... ерунда какая-то - почему я его раньше не почувствовал?!

Они вскочили со своих мест почти одновременно и ринулись к окну, вжавшись носами в стекло.

— Я никого не вижу, - разочарованно сообщила Шталь, оглядывая двор, в котором новгородское население было представлено лишь парой старушек на дальней скамейке и сонными кошками, разложенными перед домом тут и там. Глеб замотал головой, немедленно стукнувшись об оконную ручку.

— Он здесь, в подъезде, все ближе, я чувствую! Наверное поднимается...

— Может, ты просто переутомился? - заботливо спросила Эша, и Глеб метнул на нее яростный взгляд.

— Нет! Я никогда не ошибаюсь. Он здесь, и на таком расстоянии уж точно должен меня чувствовать. Если он идет ко мне... Я проверю, я должен знать!

Он кинулся в прихожую. Эша едва успела вцепиться ему в рукав, но остановить таким способом Глеба было так же невозможно, как поддержать плечом падающий башенный кран, поэтому Эшу просто снесло с места, попутно вынув из тапочек, и она на большой скорости поехала в прихожую следом за расчесочным собеседником, скользя голыми пятками по гладкому полу.

— Хороший способ удрать, но со мной это не пройдет!

— Ничего я не придумал! - огрызнулся Глеб и относительно деликатно стряхнул Эшу на пуфик в прихожей. - Сиди - проверю! Я не убегу. Правда.

Оглядевшись, он подхватил валявшуюся под тумбочкой гантель, отпер дверь и осторожно выглянул, после чего вышел на площадку, и дверь мягко защелкнулась за ним.

— Надо приготовить лед, - пробормотала Эша, прислушиваясь к его шагам на лестнице, - гантель он наверняка уронит.

Она быстро вызвала номер Ейщарова и, едва тот ответил, без всяких приветствий сообщила ему адрес Глеба, фамилию и внешние данные, добавив, что в подъезде, возможно, сию секунду ошивается еще один Говорящий и вполне возможно, у этого Говорящего скоро могут появиться травмы. Ейщаров отреагировал неожиданно превосходно - не стал ни возмущаться, ни требовать дополнительной информации и подтверждений - ему хватило и интонации. Он просто сказал: "Понял!" - и немедленно отключился. Эша подошла к двери и заглянула в глазок, но увидела лишь пустую площадку. Открыть дверь и последовать за Глебом она не решилась. Двое Говорящих в тесном пространстве... ей и одного единовременно хватало по уши. Конечно, если Глеб соврал и сейчас стремительно удаляется в направлении выезда из города, она будет выглядеть крайне глупо. Вообще все это дело выглядело крайне глупым - от начала и до конца. Зачем ему гантель - неужели взаимоотношения между осведомленными друг о друге Говорящими настолько сложны? Похоже, Сева и тетя Тоня пока единственные, кто пребывают в счастливом неведении. Правда, есть еще Юра Фиалко - если Ейщарову удалось достать крутых врачей и вытащить его из комы, можно было бы его порасспросить.