Книга Последствия больших разговоров, страница 239 – Мария Барышева

— Не собираюсь представлять себе всякие ужасы! - Михаил пнул что-то у себя под ногами. В этот момент участок стены напротив вспучился, образовав длинный бугристый выступ, пробил витрину, и из нее посыпались радиотелефоны. Потолок просел, и часть его выступила из тумана. Оказавшиеся на виду не поддающиеся идентификации существа прыснули во все стороны, словно вспугнутые тараканы. Одно свалилось на Михаила, тот успел поймать его на меч и свирепо отшвырнул в сторону. Тут с противоположного конца стеллажа в проход ввалились братья Зеленцовы, отдуваясь и вращая глазами.

— Что-то вы быстро, - удивился Шофер.

— Мы не прошли и трети зала, - Максим, согнувшись, уперся ладонями в колени и сплюнул в туман. - Там все загорожено, нам не пробраться.

— Ух ты, черт! - сказал Михаил, высунувший голову в проход с другой стороны. Эша выглянула над ейщаровским плечом, почти улегшись на спину подавшегося следом за Михаилом Олега Георгиевича, и увидела, что расположение техники в зале существенно изменилось. Стройные ряды исчезли, стиральные машинки, плиты, и холодильники стояли плотным ломаным полукругом, преграждая путь к отступлению, и пока Эша смотрела на него, полукруг с легким скрежетом переместился на десяток сантиметров ближе. Перед ним, словно растревоженные змеи, вились провода.

Развернувшись, старший Оружейник кинулся в видеоугол, который казался пустым, но упорно жужжащие над туманом вертолетики доказывали, что это не так. Остальные помчались за ним. Шталь уже через метр споткнулась обо что-то гибкое и чуть не кувыркнулась в туман, но ейщаровская рука успела подхватить ее и, вздернув в воздух, убрала с опасного места. Оттуда тотчас с воем высунулся черный хобот, увенчанный зубастой воронкой, но на него немедленно напал Байер, теперь испытывавший личную неприязнь к местным пылесосам, и одним ударом снес воронку напрочь. Михаил уже почти добежал до длинного, отгораживавшего угол стола, как откуда-то сбоку вдруг выехал серебристый холодильник с приглашающе распахнутой дверцей и клубящимся в нутре грязно-алым дымом. Не останавливаясь, Михаил заложил легкий вираж и, с размаху врезавшись в дверцу, захлопнул ее и повалил холодильник в туман, взгромоздившись на серебристую створку, которая начала бешено подпрыгивать, будто дверь погреба, из-под которой кто-то отчаянно пытается выбраться. Ейщаров проскочил мимо него и перепрыгнул за стол, из-за которого доносился слабый звук подпрыгивающих шариков, держа в поле зрения темный экран огромного телевизора, который, мягко перетекая, словно расплавленное стекло, вздувался длинными руками со скрюченными пальцами и толстыми когтистыми лапами, окутанными черными всполохами. Следом прыгнул Марк и тотчас наступил на что-то мягкое, которое придушенно ругнулось из тумана и рявкнуло:

— Больно!

Марк и Олег Георгиевич стремительно переглянулись, наклонившись, пошарили в тумане и извлекли из него верхнюю часть Ключника, который был бледен и окровавлен, но вполне жив.

— Где вас, вашу мать, носило?! - приветливо сказал он. - Я тут чуть не окочурился! И сыр потерял! Осторожней, у меня нога сломана!

По окончании его речи неподалеку из тумана высунулась чья-то тонкая рука и слепо зашарила в воздухе. С другой стороны из белесых клубов запищали: