Книга Невеста с гаечным ключом, страница 122 – Лея Кейн

— Я очень долго ждал этого дня, Невия. Кластер испаскудил нашу с тобой жизнь. Неужели мы ему не отомстим? — он понизил голос до заговорщицкого тона.

Я чуть сузила глаза и шепнула в ответ:

— Разберем эту машину-убийцу по винтику, сожжем дотла и развеем пепел по ветру.

— Моя дочь!

Через полчаса я вернулась в резиденцию, вошла в зал переговоров, где все еще шло очередное собрание советников, подошла к столу, взглянула на Арриана и заявила:

— Я согласна на все ваши условия, ваше высочество.

Заподозрил ли он, что у меня на уме месть? Конечно же, да! Хотел ли он мне помешать? Нет. Арриан уже осознал, что такая гидра, как Кластер, не имеет права на существование, но как принц Главной Империи, он не мог открыто об этом заявить. Он лишь улыбнулся уголком губ, глазами указал мне на кресло и сказал:

— Тогда продолжим…

Кластер объявил о своем распаде через три года, хотя его влияние на окраинные планеты было ослаблено сразу после ареста Иссара Дартана. Скандал галактических масштабов вынудил Кластер стянуть к себе все силы, и почти все имперские корабли покинули чужие орбиты. Как только Эмрис Второй передал трон мне, я занялась реорганизацией всей правящей структуры. Тавиан Грок был восстановлен в должности главы Департамента Контрразведки, Райнер был назначен новым Генералом-Протектором, а Лира Ветор — главным советником. Бывший Генерал-Протектор был казнен судом, а его сторонники, в том числе Маверн Броган, получили пожизненное заключение. На Кассандре началась тотальная перестройка экономики. Я мало в чем разбиралась, но у меня была потрясающая команда. Вместе мы вывели все сферы жизни на новый уровень.

Кассиан Тарк тем временем развернул строительство космических кораблей на Веридиане, и планета дерзко вступила в торговые переговоры по продаже мнезиса. До нас доходили новости, что без бунтов не обошлось, но, в конце концов, имперцы сбежали с Веридиана.

К тому времени, как Арриан Левант женился на принцессе Терассиса, от Кластера осталась слабенькая система, едва держащаяся на плаву, и ему пришлось ее упразднить.

Каждая планета стала независимой.

Позже, в письмах, Арриан в шутку называл меня пригретой на груди змеей, но я-то понимала, что он ни о чем не жалел. Человек, который тосковал бы по Кластеру, не назвал бы свою дочь Невией.

Кассиан, кстати, тоже далеко не ушел. Свою старшую дочку он назвал Кассандрой. Естественно, не в честь нашей планеты, а в честь себя, любимого. По крайней мере, именно это он всем говорил, а мы делали вид, что так оно и есть. Ведь Кассиан не был бы собой, если бы говорил правду…

Солнце Пустоши опаляло спину, когда я вглядывалась в горизонт, где строились серебристые небоскребы. Прошло десять лет с тех пор, как я взошла на трон. Десять лет бессонных ночей, бесконечных переговоров и принятия судьбоносных решений. Но оно того стоило. Кассандра залечивала свои раны, расцветала и крепла, а вместе с ней и вся Галактика, превратившаяся в союз свободных планет.

Интересно, что бы сказала мама, увидев, как изменилась наша Кассандра? Наверняка она гордилась бы нами.

— Мам, мы едем?! — окликнул меня Тео, наш старший сын, унаследовавший отцовскую силу и мой бунтарский дух, помноженные на два.

Он восседал на массивном гравицикле, собранным руками Райнера. Настоящая гордость нашего гаража, сверкающая хромом и матовой краской цвета ночного неба.