Книга Невеста с гаечным ключом, страница 124 – Лея Кейн

— Дела у вас совсем паршиво, — заметил Райнер.

— Ну что вы! Я просто больше не принимаю клиентов из-за продажи станции…

Мы с Райнером переглянулись и улыбнулись. Уж нам-то этот хитрый лис мог бы и не врать.

— Не утруждайтесь выдумывать сказки, — ответила я Лагранжу. — Мы все равно купим станцию. Независимо, есть у нее клиенты или нет.

Тот расплылся в довольной улыбке, осторожно приблизился ко мне, протер свои старенькие очки и спросил:

— Позвольте узнать, Владычица, для чего вам эта горсть земли?

— Что даст вам мой ответ? Лучше назовите цену.

Говорить Лагранжу, что именно отсюда началась история краха Кластера, никто в здравом уме бы не стал. Он такой болтун, что уже завтра вся Пустошь будет знать, как Арриан Левант уничтожал Федерацию изнутри, пока мы делали это извне. Собственно, любопытство Лагранжа всегда можно было погасить темой денег.

Торг оказался коротким. Наш бывший шеф заломил цену, Райнер для приличия на него рыкнул, а я просто кивнула.

— Ну, что скажешь? — спросил Райнер, обняв меня со спины, когда наши юристы принялись оформлять сделку на месте.

Я смотрела на территорию, требующую полной реконструкции, и пыталась поверить, что все это теперь принадлежит нам.

— Скажу, что здесь можно развернуть учебный центр для механиков и инженеров, — ответила я, прижавшись щекой к его плечу. — На месте ангара возведем учебный корпус. На месте вагончиков — комфортабельные жилые апартаменты.

Райнер склонился к моему уху и прошептал:

— Я знал, что ты придумаешь что-то невероятное. Вернуть это место к жизни, да еще и сделать его полезным для других… Вот почему я тебя так люблю.

Он нежно поцеловал меня в губы, и я ответила ему, чувствуя, как по телу разливается тепло. Этот поцелуй говорил больше, чем любые слова, напоминая о нашей общей истории, о преодоленных трудностях и о бесконечной любви, которая связала нас навеки.

Райнер плавно завершил поцелуй, и я снова посмотрела перед собой — туда, где уже резвились наши мальчишки, и представила, как через несколько лет здесь, на этой самой станции, в новеньких учебных классах будут толпиться молодые ребята, увлеченные наукой и техникой. Как они будут спорить, смеяться, влюбляться и, возможно, даже совершать великие открытия, которые изменят ход истории. И все это благодаря нам с Райнером.

Легкий ветерок донес до меня запах машинного масла. Знакомый, родной запах.

— М-м-м… — простонала я. — Как вкусно…

— Похоже, в учебном центре появилась первая студентка, — усмехнулся Райнер.

— Я уже слишком стара для учебы.

— Я не про тебя. Я про нее, — он положил ладони на мой живот, где дочь проделывала, казалось, сальто.

Я улыбнулась. Райнер с такой нежностью относился к нашей еще не рожденной девочке, что нетрудно было догадаться, как она будет вить из него веревки, когда появится на свет.

— Иногда мне кажется, что наша жизнь — сон, — призналась я.

Райнер поднял взгляд своих глубоких серых глаз и ответил:

— Это не сон, любимая. Это наша реальность. И мы ее заслужили.