Книга Кофе, пончики и труп, страница 7 – Тоня Каппес

— Да, да. – Рыбачка моя. Моей тете было около шестидесяти лет. Она овдовела еще в молодости. Но, насколько я знала, холостая жизнь была ей в радость. – Послушай, ты не могла бы спуститься в кофейню, взять у меня несколько обеденных кишей и испечь их в своей духовке? – спросила я.

— Мастеру ты так и не звонила, да? – Тетя напомнила мне, что после того как я обосновалась в этом месте, она неоднократно предупреждала меня, что предыдущий владелец постоянно недожаривал еду, в результате чего его закрыл департамент здравоохранения.

— Нет, – пробормотала я, понимая, что вообще-то надо было сразу это сделать, но такое признание обошлось бы мне слишком дорого. – Я думала проработать эту неделю, а потом уже вызвать.

— Я скажу «я же тебе говорила» просто потому, что могу сказать, что «я же тебе говорила», и я знаю, что ты свой длинный язык сейчас придержишь. Так что «а я же тебе говорила!» – сказала тетя игривым тоном. – Я сейчас приду.

— Спасибо тебе большое. Я люблю тебя и знаю, что ты тоже меня любишь, – вздохнула я с облегчением.

Не так уж часто тетя Макси оставляла меня в беде. Собственно, именно благодаря ей я и вернулась в Хани-Спрингс. Я люблю свою маму, но она, казалось, кружила вокруг меня, как муха, когда я вернулась после развода домой в Лексингтон. Тетя Макси всю жизнь прожила в Хани-Спрингс, она была сестрой моего отца. К сожалению, он умер от рака много лет назад. Я проводила здесь лето, и этот уютный городок стал для меня вторым домом.

Мне нравились маленькие магазинчики, разбросанные по всему городу. Но самыми любимыми местами в Хани-Спрингс были променад и пирс. Тетя Макси владела несколькими сдаваемыми в аренду помещениями, среди которых были «Кофейные шоты», книжный магазин «Драный кот» и несколько жилых домов. К моему несчастью, свободных домов у нее не было, поэтому мне пришлось купить изрядно потрепанную хижину на берегу озера – всего в четырех минутах езды на велосипеде от кофейни.

Это было идеальное место для жизни, правда его требовалось немного подлатать. Тем не менее это было мое место, и я любила каждый его закуток, даже самый запущенный.

— Дамы, вы готовы отведать запеканку с деревенскими колбасками? – спросила я и нарезала теплую запеканку, положив два больших куска на стеклянные тарелки с решетчатым узором. – На здоровье! – Я поставила блюдо перед каждой из них.

— Выглядит изумительно, Рокси. – Банни склонилась над тарелкой. Она закрыла глаза и вдохнула. – А пахнет-то как!

Тот факт, что кому-то нравится моя стряпня, приводил меня в восторг.

— Спасибо. – Я сделала шаг назад и сложила ладони перед лицом, словно в молитве. – Я польщена! Надеюсь, вкус вам тоже понравится.

— Непременно! – сказала она.

От Мэй Белль слов не требовалось. Она уже отламывала третий кусочек.

Я подошла к двери, чтобы проверить, не идет ли тетя Макси, и посмотреть, нет ли на променаде кого-нибудь, кого я могла бы угостить бесплатным кофе. Пусть некоторые из строителей и работали на «Кейн», стройка шла полным ходом и им нужно было поесть или хотя бы согреться чашечкой кофе. Я внимательно осмотрела рабочих, чтобы убедиться, что не замечаю никого, кого видела прошлым летом. Не узнав никого из них, я почувствовала удовлетворение и одновременно грусть. Наверное, это было хорошо.