Книга Самая ценная особь, страница 11 – Алиса Линд

Девчонка выгибается и выглядывает из-за моей спины. По её телу пробегает ощутимая судорога, напрягается, кажется, каждый мускул.

— Да. Ты меня слышала, — продолжаю. — Мне будет куда проще довезти тебя до Ксор-219 в стазисе. Без вопросов, без побегов.

Я снимаю с плеча и укладываю её в криокапсулу. Она дёргается, пытается вылезти, но я легко удерживаю её, фиксируя запястья.

— Довольно, — шиплю я.

Я кладу руку с чипом-допуском на сенсорную панель, и капсула оживает. Мигает огоньками, на небольшом дисплее пишутся стадии готовности. Резко убираю руку и закрываю стекло. Девчонка впечатывает обе ладони в него изнутри, в глазах стоят слезы, а на лице трагическое выражение.

— Всё, — говорю я, запуская таймер обратного отсчета. — Тридцать секунд на прощание.

Наклоняясь ближе и провожу языком по стеклу капсулы. Самому жаль замораживать эту девчонку.

Сексуальная, зараза. Я бы не отказался оставить её в своей каюте до самого прибытия на Кстор-219, так она же снова попытается удрать. И не прекратит попыток.

На таймере остается пять секунд.

— Спи, — произношу мрачно и разочарованно.

И вдруг...

— Нет! Стой! — её голос разрывает воздух, а кулачки неистово барабанят в стекло.

Я бью по сенсорной панели, аварийно ставя процедуру погружения в стазис на паузу.

— То есть ты все-таки можешь говорить, — произношу с лёгкой издевательской усмешкой.

Её лицо пылает, в глазах плещется невообразимый букет от паники до ярости. Она дышит тяжело, а её губы дрожат.

— Не делай этого, пожалуйста, — говорит тихо, интонация умоляющая.

Я даже на секунду допускаю, что у неё есть какие-то медицинские противопоказания к стазису, но тут же отметаю эту мысль. Она притворялась и лгала, и сейчас может выдумывать. В стазисе ей точно не сбежать, вот и пошла на уступки, лишь бы оставить себе возможность побега. Меня предупреждали, что цель будет пытаться удрать, но я не думал, что настолько исступленно.

— Я не выпущу тебя, пока все не расскажешь, — кладу обе ладони на стекло. — И помни, чтобы отправить тебя в спячку, мне нужно всего лишь нажать одну кнопку. Процедура запустится через секунду.

Она мелко кивает с обреченным лицом. Сдалась-таки. Поглядим!

— Что ты хочешь знать? — спрашивает она осторожно.

Когда он закрывает стекло капсулы, всё внутри переворачивается. Я упираюсь ладонями в прозрачную укрепленную крышку, но знаю, что это бессмысленно. Сердце бешено колотится, дыхание сбивается, горло сдавливает от паники.

Я не боюсь стазиса, не боюсь тьмы, даже не боюсь смерти. Но я боюсь потерять свободу. Боюсь превратиться в товар, доставляемый заказчику в замороженном виде, который потом станет... инкубатором для выведения улучшенного потомства.

Секунды тянутся невыносимо долго. Он стоит рядом, его пальцы играют над сенсорной панелью, запускающей погружение в стазис. Он холодно смотрит на меня, но я вижу, что это маска. Он сам не хочет этого делать. Но сделает, потому что должен.

Паника накрывает меня с головой. Мой разум кричит о том, что это конец. Меня разбудят уже на месте, и я больше никогда не выберусь. Никогда не смогу сбежать.

Я вспоминаю, как жуки возили меня по черным рынкам, как оценивающие взгляды щупали мою кожу. Вспоминаю, как они говорили о моей ценности, о том, что меня можно использовать для создания эволюции вида. Об эйри слышали немногие, но в галактической паутине есть информация о нас. Жуки, собственно, так и прознали про меня и, найдя, решили обогатиться на несколько поколений вперед. При мне они отложили личинки в несколько людей, а меня берегли, выставляли на продажу.