Книга Хозяйка скандального салона "Огонек" 3, страница 76 – Марика Полански

А история о ведьме, влюблённой в женатого дракона, который не может ответить ей взаимностью… Это же сюжет для бульварного романа! Я откинулась на спинку скамьи и закрыла глаза. — Просто превосходно. Напомните, леди, у вас же тоже есть попечитель, который распоряжается вашими деньгами и имуществом так, как сочтёт нужным? — Мы другое дело, леди Миррен, — Лара говорила безэмоционально, как обычно зачитывают судебный приговор. — Мы ждали назначения попечителя полгода. После того как суд закрепил за нами господина Густава, он появляется в нашем доме раз в два месяца, когда проверяет условия жизни и приносит чётко обозначенную сумму денег. А в вашем случае попечителем стал не судейский служащий, а сам глава Дома Морского Дракона. Более того, он помог вам быстро получить лицензию практикующей ведьмы, в то время как обычные ведьморожденные годами добиваются этой лицензии и открыть салон магических услуг. А ещё к вам не ходят из Департамента Магической Безопасности. Поверьте, леди Миррен, этого более чем достаточно для того, чтобы возникли подобные сплетни. К своему неудовольствию, я осознала, насколько Рэйвен был прав, говоря о том, что я воспринимаю свои привилегии как должное. Вот жизнь и развернула меня к неприглядной изнанке успеха: зависть, сплетни и неназываемые недоброжелатели, которым моя спокойная жизнь встала поперёк горла. — Что-то ещё? — холодно поинтересовалась я, догадываясь, кто причастен к нелепым слухам. Повисла пауза. Только ветер шелестел в голых ветвях, да где-то вдалеке смеялись дети, катающиеся на санках с горки. — Президентша Теплтон, — наконец произнесла Лара, и в её голосе послышалась осторожность, — издала официальное постановление на Совете Общества Добродетельных Жён. Вот и подтверждение моим догадкам. Добропорядочная мадам никак не могла смириться, что какой-то ведьме не только покровительствует всеми уважаемый дракон, но ещё и пользуется успехом у горожан Миствэйла. Я медленно открыла глаза и посмотрела на неё. — Какое постановление? — Что отныне всем членам Общества категорически запрещено обращаться к вам за помощью, — сказала она. — Любая женщина, которая посетит ваш салон или обратится к вам за советом, будет немедленно исключена из Общества и лишена статуса добропорядочности. — А это, знаете ли, — вступила Клара, и в её голосе прозвучала неподдельная тревога, — очень серьёзно, леди Миррен. Очень-очень серьёзно. Общество Добродетельных Жён — это не просто кружок по вышиванию и распитию чая! Это влияние, связи, репутация! Она сделала паузу, нервно облизав пересохшие губы. — Женщина без статуса добропорядочности становится изгоем общества, — продолжала Клара, понизив голос. — Таких не приглашают на приёмы, не принимают в приличных домах. Их дочерей не возьмут в хорошие школы, а мужа обойдут при продвижении по службе. Торговцы будут отказывать ей в кредите. Даже в храмах на неё будут коситься! — Другими словами, потеря статуса добропорядочности — это смерть в обществе, — сухо подытожила Лара. — Поэтому женщины боятся Теплтон, как огня. И будут слушаться, даже если считают её указы несправедливыми. Я молчала, переваривая услышанное. Значит, вот как. Брианна Теплтон решила ударить не прямо, а исподтишка.

Не публичным обвинением, которое можно оспорить, а тихой и методичной травлей. Против слухов не выстоишь. Они ползут, как ядовитый туман, просачиваются сквозь щели, въедаются в сознание. И неважно, правда это или ложь. Важно, что люди в них поверят. Умно. Очень подло, но умно отрезать меня от потенциальных клиентов и задушить салон, лишив притока посетителей. Превратить в изгоя, с которой никто не захочет иметь дела. — И много женщин в этом Обществе? — равнодушно спросила я, хотя в груди полыхало от несправедливости. — Почти все замужние дамы Миствэйла, — ответила Клара. — И многие незамужние тоже. Членство в Обществе означает, что женщина правильная и добропорядочная. Что с ней можно иметь дело. — А без этого она — никто, — добавила Лара. — Сомнительная личность, от которой лучше держаться подальше. Я медленно кивнула, разглядывая узор инея на перилах скамьи. Крошечные ледяные кристаллики сверкали на солнце, как рассыпанные бриллианты. — Понимаю, — наконец сказала я и поднялась, опираясь на трость. — Благодарю вас за предупреждение, дорогие леди Фурс. Весьма любезно с вашей стороны. — Леди Миррен, — Клара тоже вскочила, хватая меня за рукав. — Вы… вы не сердитесь на нас? Мы просто хотели, чтобы вы знали и могли подготовиться. Мягко высвободив рукав, я похлопала её по руке. — Конечно, нет. Вы поступили как настоящие друзья, и я вам искренне за это благодарна. — Я натянуто улыбнулась, хотя внутри всё сжалось в тугой узел. — Как говорится, кто предупреждён, тот вооружён. — Мы переживаем за вас, — тихо произнесла Лара, и в её обычно холодном взгляде мелькнуло что-то похожее на искреннее сочувствие. — Хоть вы и ведьма, но очень порядочный человек. Теплтон — опасная женщина. Она не прощает обид, и у неё длинные руки. — Я заметила, — сухо отозвалась я, вспомнив череду «несчастных случаев» на балу. Клара нервно оглянулась по сторонам, словно боялась, что президентша может выскочить из-за ближайшего куста, как чёрт из табакерки. — Знаете, леди Миррен, — она снова понизила голос до заговорщицкого шёпота, — говорят, Теплтон уже добилась исключения трёх женщин из Общества за прошлый год. Одна посмела не согласиться с её мнением о новом приюте. Вторая — выбрала платье не того фасона на осеннем балу. А третья… — Клара выразительно умолкла. — Что третья? — не выдержала я. — Третья просто ей не понравилась, — пожала плечами Клара. — Без объяснения причин. Теплтон просто заявила, что эта женщина «не соответствует высоким моральным стандартам Общества». И всё. Её исключили. И теперь бедняжка даже в лавку выйти боится. Люди на неё пальцем показывают, шепчутся за спиной… — Как на прокажённую, — закончила Лара. — Социальная казнь. Медленная, но верная. Я стиснула челюсти так, что заломило в висках. Руки под перчатками непроизвольно сжались в кулаки, и кончики пальцев закололо от проснувшейся магии, готовой сорваться и испепелить что-нибудь. Желательно — президентшу Теплтон вместе с её Обществом. Но я взяла себя в руки. Сорваться — значит дать Брианне именно то, чего она добивается. Доказательство, что я неконтролируемая и опасная ведьма, которую нужно запереть подальше от приличного общества.