Книга Змеиная любовь (сборник), страница 16 – Таис Буше

Финарэль его невзлюбила сразу, почуяв хитрого и опасного противника. Такой не поведется на ее милую улыбку и невинный взгляд. Чуяла она определенным местом, что с этим нагом надо быть начеку.

Так и вышло. Если на званом вечере Финарэль смогла обольстить почти всех участников переговоров, умело манипулируя их мнением, но оставаясь для всех «прелестной графиней», то Сошарра с его позиции сдвинуть не удалось, тот был против брака племянника, презрительно показывая острые клыки.

Впервые Финарэль столкнулась с такой ненавистью, но отступать не собиралась. Найдет она его слабое место, не может его не быть.

3. Змеиная корона (3)

Все расставил по своим местам химический анализ крови и слюны крайта, а вернее Сошарра эс Бунгар. Наг дал образцы легко, видимо, надеясь, что яд будет смертельным, и переговоры подойдут к концу. Финарэль, пока шли опыты, постилась, молилась и пообещала Древу, что если яд окажется безвредным, она позволит Судьбе выбрать ей избранника, примет его, но любить не обещает, понимая, что та отыграется на ней за все.

Яд оказался афродизиаком для канисианок.

Это было намного больше, чем ожидала Финарэль, но злопамятность Судьбы она испила на следующий день, когда выпила шампанское за благополучный исход с несколькими высокородными в лаборатории Королевской Академии и парой ученых. Шампанское открывали при ней, и Финарэль, до этого никогда не пьющая без своего специального нейтрализатора, расслабилась. А зря... Ведь помимо попыток ее убить, немало было попыток от альф ее и отыметь. Сколько таких поползновений она пресекла — не сосчитать.

И ведь помнила же, что маркиз Борнесс был самым настойчивым, желая не просто трахнуть «графскую дырку», но и повеселиться от души с друзьями — как раз присутствующими сейчас. Но то было так давно, а поди ж ты...

Ученые быстро ушли, а яд попал в кровь Финарэль, пошел огнем по нейронам, пробуждая древний инстинкт и фертильную волну, которую та блокировала всеми доступными средствами, не боясь потерять способность к деторождению, но природа уничтожала разум, заставляла желать соития.

Финарэль прохрипела и вцепилась руками в стол, с насмешкой рассматривая троих альф. Те уже пускали слюни, представляя, как будут раскладывать ее на столе, как отымеют ее за всех отвергнутых, да так, что она не выживет.

Твари! Мерзкие низкие твари! Была бы воля Финарэль, она бы всех этих уродцев передушила в колыбели. Из-за старых устоев нормальные альфы так и не могли пробиться к власти, где догнивала свои последние деньки верхушка. А то, что догнивала, Финарэль знала, чувствовала и собиралась сплясать на их костях, главное — выжить сегодня.

Она собрала силы и резко метнулась к двери, но та оказалась заперта. Троица рассмеялась.

— Становись раком, дорогая Финарэль, и так уж и быть, двойное проникновение будет попозже, — певуче протянул Борнесс.

Финарэль молчала, обшаривая взглядом помещение в поисках того, что смогло бы ее защитить хоть на время, но оно было пустым, стерильным, почти без мебели. Она снова дернула на себя дверь и забарабанила руками, надеясь, что кто-то услышит ее, но крыло давно опустело, коридор уже тонул во мраке выключенных ламп.

Все продумали, суки. Не одна она такая умная.

Борнесс быстро подошел к ней и оттащил к остальным, ее сразу принялись лапать, срывая одежду, оставляя синяки на теле. Финарэль сглотнула и последний раз кинула взгляд на дверь. И беззвучно заплакала. Судьба оказалась к ней слишком жестока.