Книга Вторая жизнь профессора-попаданки, страница 129 – Виктория Богачева

Ненамеренно мыслями я обратилась к Ростопчину. Он признался в своих чувствах, но... моя деятельность была ему не по душе, он ее не одобрял и не скрывал этого. Им руководил долг, преданность Государю для него была на первом месте, и, что бы ни говорила Варвара, я сомневалась, что это изменится.

Вскоре после завтрака князь Хованский уехал. Следом за ним засобиралась и жена.

— Я должна нынче увидеться с баронессой и мадам Трубниковой, — пояснила Варвара свой спешный уход. — Эта статья... подобные вещи здесь слишком много значат.

— Все в порядке, — заверила я, потому что она говорила виновато.

— Хорошо, — она чуть улыбнулась. — Но вечером мы непременно поговорим. И подумай, стоит ли тебе так торопиться возвращаться к себе? Как обещала, я отправила к тебе домой экономку, она передала, что домочадцы в порядке.

— Стоит, — твердо заверила я ее. — Это мой дом. Я должна жить там...

Кажется, Варвара хотела еще поспорить, но оборвала себя.

— Да, ты права. Я слишком сильно давлю. Прости, но... я, кажется, до сих пор не верю, что ты настоящая.

Невольно я засмеялась.

— У меня ровно такие же мысли. Мы станем встречаться, обязательно! Если твой высокий статус позволит.

Она закатила глаза, но вошедшая горничная прервала наш разговор.

— Ваша светлость, экипаж готов.

В особняке стало совсем тихо после отъезда Варвары. Дети тоже разъехались: кажется, младших увезла гувернантка, а старший напросился с отцом. Стало на мгновение любопытно: неужели за все годы у князя Хованского не зародилось ни толики сомнений? Надо бы расспросить Варвару. Она продержалась столько лет и не выдала секрета... У меня не вышло и трех.

К особняку прилегал свой небольшой парк, и под недовольное ворчание сестры Марфы я вышла на веранду, которая как раз на него выходила. День выдался солнечным и безветренным, и было довольно тепло. Закутавшись в тяжелый шерстяной плед, я удобно разместилась в изящном плетеном кресле и закрыла глаза. Птицы заливались пением, радуясь долгожданному солнцу, ветер мягко шелестел ветвями, на которых постепенно раскрывались почки с нежными зелеными листочками...

Умиротворение царило такое, что даже не верилось. Было славно почувствовать его хотя бы на несколько минут.

— Мне сказали, я найду вас здесь.

Когда я услышала чужие шаги, то понадеялась, что принадлежала они кому-то из слуг, но нет.

Сидя в кресле, я повернула и чуть запрокинула голову. Хмурый Ростопчин стоял возле дверей, что вели из особняка на веранду. За его спиной виднелась массивная фигура дворецкого.

— Благодарю вас, — Тайный советник коротко кивнул и, дождавшись, пока тот скроется в гостиной, шагнул вперед.

— Доброго дня, Александр Николаевич, — произнесла я, когда Ростопчин застыл напротив меня. — Не желаете присесть? — указала на соседнее кресло.

Я слабо улыбнулась, намереваясь намекнуть ему на слишком резкое вторжение и отсутствие манер — он заставлял меня задирать голову, но его холодный взгляд стер улыбку с губ. Сперва я подумала, он все же решил сдержать обещание и приехал обсуждать наши... отношения?.. Но теперь видела, что дело не в этом.

Что-то случилось.

— Ольга Павловна, — и, заговорив, он лишь подтвердил мои подозрения.

Откинув полы сюртука, он опустился на край кресла и сделал странный жест, словно хотел взять меня за руки, но передумал в последний момент.