Книга Собеседование, страница 42 – Крис Юэн

— И как в этот чудесный вечер поживает моя самая любимая пациентка?

От слабого смешка у Анны изнутри запотела кислородная маска. Она сдвинула ее в сторону.

— А вы не слышали? – Она говорила медленно, тускло. – Мне нашли другое сердце. Пересадка прошла… как по маслу.

— Так и будет, Анна, слышите? Мы делаем все, что можем.

— Продолжайте в том же духе.

Ее лицо посерело. От рук змеились трубки, спутанные русые волосы разметаны по подушке. Ей двадцать шесть лет, и с каждым днем матрас как будто засасывает ее все глубже.

— Ваши родители в столовой?

Родители Анны дежурили у ее постели с тех пор, как ее положили в больницу больше двух недель назад. Добрая, милая пара, до боли вежливо разговаривающая со всеми врачами и медсестрами, совершенно уничтоженная несчастьем, обрушившимся на их дочь.

— Сегодня нет, я отправила их домой.

Люк склонил голову набок.

— Долго пришлось уговаривать?

— Я сказала, что им нужно передохнуть. У нас еще пара дней до… ну, вы сами знаете. Им нужно поберечь силы.

— Анна…

— Мне тоже нужно от них отдохнуть. Думаете, это плохо? Просто… так тяжело постоянно смотреть, как они переживают, понимаете?

— Да уж… – Люк взглянул на результаты ЭКГ и перелистнул страницу. – Думаю, понимаю.

— У вас родители были такие же?

Он покачал головой.

— Это я такой же. С сестрой. Сегодня она ходила на собеседование.

— Ого! – Она чуть приподнялась на локтях. – И как прошло?

Он пожал плечами.

— Она мне еще ничего не писала.

— И вы ей тоже не писали?

— А вы сегодня писали родителям?

— Потом напишу.

— Ну вот.

— Думаете, ей нужно, чтобы ее пока не трогали?

— Думаю, мне это тоже пойдет на пользу.

Он замолчал, а Анна упала обратно на матрас. Люк и сам толком не понимал, что в ней было такого, но он рассказал ей больше, чем кому-либо за долгое время. Некоторые говорят, что осознание собственной смертности придает мудрость. В другом случае Люк отмел бы это предположение не задумываясь, но беседы с Анной были особенными. Они понимали друг друга.

И это помогало.

Но, возможно, дело было в нем самом: в том, какими глазами он смотрел на ее положение и что он чувствовал при мысли о ее перспективах. Порой – как гласит избитая мудрость – жизнь так несправедлива.

— А ведь сейчас вечер пятницы, – сказала она ему.

— Так точно.

Она сверкнула глазами и лукаво улыбнулась.

— А знаете, что бы я сделала, если бы не застряла тут?

— Что-то мне подсказывает, сейчас вы мне расскажете.

— Я бы нашла себе симпатичного парня и заставила бы его позвать меня на свидание. Нарядилась. Накрасилась, уложила волосы. Мы бы пошли выпить и потанцевать…

— Звучит как чудесный вечер.

— О, он правда был бы чудесным.

Ее улыбка совсем погрустнела, и Люку стало ее очень жалко.

— Анна, мне пора. Нужно доделать дела, у меня скоро заканчивается смена.

Она шутливо надулась.

— Уже?

— Я зайду вас проведать завтра, хорошо? Первым делом, обещаю!

Он похлопал ладонью раму в ногах кровати и пошел к двери.

— Люк?

Он обернулся.

— Хватит волноваться за сестру. Поверьте мне, она хочет, чтобы вы обращались с ней так, будто все как обычно. Каждый из нас хочет именно этого.

— Наверное, вы правы…

Но послушаться ее совета было трудно. Труднее, чем она думает. Потому что, как бы Люк ни доверял Анне, объяснить, через какой ад пришлось пройти его сестре, в полной мере не удавалось.