Онлайн книга «Искатель, 2007 № 11»
|
— Потом — Швеция. Кто сможет остановить гипнотизера, в чьих руках листок бумаги превращается в любой требуемый документ? Курт справится. Он сейчас эту работу не выполняет, чтобы Шульц, который за нами следит, полагал, что ему это не под силу. Я уверен в твоем согласии, а говорю это тебе, чтобы ты сам не предпринял непродуманных действий. Предупреждаю, наш дом в Кенигсберге прослушивается. И снова потянулись унылые дни затворничества. Раунбах с Мирчей не разговаривал, ограничивался вежливыми приветствиями за завтраком. Курт болтал о чем придется, но один из разговоров на нейтральную вроде бы тему заставил Мирчу серьезно задуматься. — Свастика, или греческий крест, означала первоначально путь периферийных сил. Есть крест тевтонский, выражающий центростремительную силу, есть равносильный ему мальтийский. Крест с остриями на конце выражает центробежную силу. Но основное значение креста, существовавшее задолго до христианства, — это соединение миров, материального мира и духовного, астрального. Никогда не задумывался об этом, сынок? Мирча осторожно ответил, что крест всегда понимал в том смысле, что изложен в Священном писании. — Да, конечно. Но наша деятельность основана на других знаниях, их нет в Библии, нет и в ее толкованиях. А знакома ли тебе символика розы? Крест и роза. Мирча слыхал, что это символика ордена розенкрейцеров, который в двадцатом веке вроде бы сошел на нет. Курт спрашивал не просто так. Или намекал на что-то, или интересовался познаниями Ковача. Причем спрашивал в присутствии Кайзера, в доме. — Роза — символ совершенства, завершенности и полноты, — Курт принял молчание Мирчи за незнание, — вместе скрестом они символизируют достижение совершенства в обоих мирах. Человек, достигший такого совершенства, умереть не может. Он сохранит свою астральную сущность и воплотится в ином теле, сохранив свою силу и совершенство. Кайзер насмешливо взглянул на Курта и ядовито произнес: — Ты бы, Курт, лучше в буддизм перешел. Они все возрождаются к иной жизни, даже не достигая совершенства. Кто бабочкой, кто навозной мухой. Самые благочестивые удостоятся перерождения в собаку. Но у тебя, Хромец, пожалуй есть шансы стать цаплей. Будешь стоять на одной ноге в болоте, и жрать лягушек. Хотя нет, побоишься жрать. Вдруг твой Валентин Андреа возродился в облике лягушки? А ты его — ам, и нет совершенства! Ян захохотал, довольный сказанным. Курт, сожалеюще взглянув на него, повернулся к Мирче: — Ты задумывался, с чем явишься в высший мир, когда истекут твои земные дни? Такие вот разговоры Франк с марта месяца вел постоянно. Ковач от душеспасительных бесед уклонялся, с ужасом убеждаясь, что старый учитель на глазах слабеет и телом и умом. Они еще дважды выезжали в Познань и Данциг, где кто-то обокрал картотеки гестапо. Елену на выезды не брали, Отто ездил в качестве пассажира, на тот случай, если поступит новое задание. Когда Мирча посетовал, что Курт слабеет, Отто непонимающе взглянул на него: — Тебе что, его жалко? Брось. Он самый счастливый из нас. Его семья погибла, среди нас он единственный доброволец. Хотел бы он уйти, мог бы сделать это в любой момент. Они сидели вдвоем в «Мерседесе», для них дела не нашлось, а водитель отошел по нужде. Отто прикурил одну сигарету от другой. |