Книга Простить или убить?, страница 11 – Соня Бейтман

Кристал одарила меня теплой улыбкой.

— Жаль, мы с тобой не дружили в школе, – сказала она и погрустнела. – Понимаю, это я виновата. Вела себя как настоящая сука. Вот только не знаю, сможешь ли ты меня простить.

Ах да! Старшая школа. Обычно я стараюсь не вспоминать о том времени, особенно о том, как все закончилось. Мы обе учились в «Королевской академии» – частной элитной школе, которая находилась в лесу к югу от города. Мы поступили туда в один год. Только за Кристал платили состоятельные родители, а я получала стипендию от государства. Но дети есть дети: Кристал и ее богатые друзья, видя мои поношенные вещи, обращались со мной как с мусором.

Они даже не потрудились запомнить мое имя, за что я, кстати, была им безмерно благодарна. Но это не мешало одноклассницам издеваться надо мной при каждой встрече: в коридорах, в столовой, на спортплощадке.

По сравнению с остальными Кристал была не такой уж плохой. Хотя школа давно закончилась, я никогда бы не подумала, что мы станем друзьями во взрослой жизни.

Пока однажды мы с Кристал не столкнулись в частной клинике в соседнем городе, куда приезжали женщины вроде нас, чтобы избежать позора и не показывать знакомым, как с ними обошлись мужья. Несмотря на синяки, Кристал меня узнала. Она подошла, плюхнулась рядом в кресло и прошептала: «Что, твой тоже?»

От осознания, что я не одна такая, у меня тут же потекли слезы.

Оказавшись в ужасной ситуации, мы увидели друг в друге родственные души, так началась наша дружба.

— Но ты же больше не такая, – возразила я, улыбаясь.

После окончания школы мы с Кристал направились абсолютно разными дорогами: я стремилась к богатству, она, наоборот, от него убегала. Она специально пошла танцевать стриптиз, чтобы позлить свое зажиточное семейство, и родичи отреклись от нее. В конце концов она вновь стала богатой, но уже ценой собственных усилий. Как и я.

Сделав круг, мы снова сошлись.

— Конечно, не такая! Но подростком я вела себя ужасно. – Кристал скорчила гримасу. – Надеюсь, в следующий раз мы встретимся не через два месяца. Почему ты не приходишь к нам в группу? Мы собирались вчера. Тебе понравится: никто никого не осуждает. Ну, если не считать Морин, – засмеялась она. – Но ты к ней привыкнешь.

Пока она говорила, я качала головой.

— Но ведь группа для вдов… как сказать, из-за серийного убийцы?

— Вдов, подвергшихся домашнему насилию, – уточнила Кристал. – Уверена, они не будут возражать. Технически ты тоже вдова.

К горлу подступил комок, и я постаралась прогнать из головы ужасные картинки из прошлого. Кристал была единственной, кому я рассказала о своем первом быстротечном замужестве, случившемся сразу после школы.

Но даже ей я не могла полностью довериться.

— Нет. Я буду чувствовать себя не в своей тарелке, – пояснила я. – Да и Мэттью никогда…

— Не разрешит тебе? – закончила она за меня. В ее зеленых глазах вспыхнула ярость.

Я вздохнула.

— Просто он захочет знать, что это за встречи и зачем я на них хожу, – попыталась я оправдаться. – И… Я не рассказывала ему о Рики.

У Кристал открылся рот от удивления. Я уже приготовилась выслушивать наставления о том, что даже маленькая ложь рушит брак, пусть ты и не солгал, а что‐то утаил, но она выбрала среди выпечки датское пирожное.

— Ты должна попробовать. Иначе я съем их сама и за вечер наберу килограмм двадцать.