Книга Простить или убить?, страница 14 – Соня Бейтман

Шок понемногу отпускал Мартина, и на лице у него появилась злость.

— О чем?

— О папе, – ответила я.

Синтия часто заморгала.

— Зачем они тебя мучают? Ты же расстроишься.

— Скорее всего, но так положено. Такая у них работа: задавать вопросы, когда случается несчастье, вот как с папой.

Мартин сердито посмотрел в сторону гостиной.

— Зато я знаю, кем ни за что не стану, когда вырасту, – произнес он очень громко. – Полицейским!

Мне пришлось зажать рот ладонью, чтобы не рассмеяться: это было бы совсем уж неприлично.

— Хорошо, что ты понимаешь, чего не хочешь, – подмигнула я ему. – А теперь бегите и не волнуйтесь: полицейские скоро уйдут.

Неохотно троица поднялась по черной лестнице, и всю дорогу Мартин держал Тимми за руку. Я подождала, пока откроется и закроется дверь в спальню, и вернулась к детективам.

— Милый ребенок, – заметил Маллиган, когда я устроилась в кресле. – Такой вежливый.

— Я учу своих детей быть честными, детектив Маллиган, – заявила я, стараясь сохранять спокойствие. – Иногда честность не предполагает вежливость.

— Замечательно. Тогда вы готовы поговорить честно со мной? – спросил он, наклоняясь вперед и опираясь локтями на бедра. – Тот, кто убил вашего мужа, пытался копировать Карателя Бессердечных, но кое в чем ошибся. Не припомните в чем, миссис Барроу?

Я не ответила. Они уже сообщали мне, что поза Долана не соответствовала позам остальных жертв, и следователи сделали вывод, что в этот раз действовал подражатель. А затем сделали и еще один вывод, что подражатель именно я, женщина, которая хотела избавиться от мужа и скопировала серийного убийцу, чтобы свалить вину на него. У меня в голове с трудом укладывалась мысль, что меня действительно подозревают в убийстве.

Долана, конечно, не назовешь лучшим в мире мужем, но я и не думала его убивать.

— Миссис Барроу, – напомнил о себе детектив, – не припоминаете?

— Я не убивала мужа, – сказала я, демонстративно игнорируя его вопрос.

— Это вы так говорите. – Маллиган обменялся взглядами с Гарвел. – Но я точно знаю, что серийный убийца не причастен к убийству вашего супруга. И не только потому, что руки жертвы после смерти не были сложены на сердце. Существует еще одна маленькая деталь, которую мы не упоминали в СМИ. Смею сказать, вид у вас был весьма удивленный.

Черт подери, ну еще бы. Я была ошарашена новостью о смерти мужа.

— Хотя мы можем предположить множество других причин. – По лицу детектива расплылась противная ухмылка, и у меня появилось ощущение, что сейчас он пойдет в атаку. – Возможно, ваш муж вступил в драку с убийцей, как, скорее всего, и поступил бы, если бы знал нападавшего, – сказал Маллиган с многозначительным видом. – Может, Каратель просто забыл сложить жертве руки на сердце? Ну, только в этот раз. – Маллиган выпрямился и соединил ладони: он готовился к кульминации. – Но самое интересное, что, в отличие от остальных жертв, ваш муж был убит не из девятимиллиметрового пистолета «ругер». Его застрелили из винтовки «винчестер» тридцатого калибра. Странно, не так ли?

Не успела я среагировать, в разговор вступила Гарвел:

— Миссис Барроу, теперь понятно, что вашего мужа убил не тот человек, которого называют Карателем Бессердечных. В свете вновь вскрывшихся фактов мы обязаны спросить: имеется ли у вас винтовка «винчестер»?