Книга Простить или убить?, страница 112 – Соня Бейтман

— Ого. Понятия не имела, что ты медсестра, – улыбнулась я подруге. Эта тема не поднималась на собраниях: мы были слишком заняты обсуждением наших жестоких мужей. – Значит, вот как ты уговорила медсестер притащить телевизор ко мне в палату?

Лекси засмеялась.

— Да, у меня хорошие связи. Но теперь, видимо, придется отказаться от работы посменно.

— Ты дежурила по ночам в больнице? – недоверчиво переспросила Кристал. – Ты мне не говорила.

Лекси закусила губу и опустила глаза.

— Мне было стыдно, понимаешь? – сказала она тихо. – Я же не такая богатая, как вы. Достаточно того, что я среди вас единственная работающая мать. Трудно признаться, что иногда я не могу свести концы с концами и что приходится бросать детей гораздо чаще, чем хотелось бы. Но Долан оставил нас с кучей долгов, и я… – Она обреченно махнула рукой. – Ну, вы понимаете.

Думаю, Кристал не понимала, каково это, или понимала не до конца.

А вот я очень даже понимала.

— Лекси.

Когда она взглянула на меня, я уже не нашла в себе сил сказать, что собиралась. Сейчас я намеревалась предложить ей не просто поход в зоопарк. С вероятностью пятьдесят на пятьдесят Лекси могла разозлиться и послать меня подальше с моей идеей. А я все еще не выносила, когда люди злятся на меня.

Впрочем, я стала сильнее, и мне больше не в чем себя винить. Даже если Лекси расстроится, я буду знать, что дело не во мне и что на самом деле она злится на себя. А потом, когда она успокоится, мы продолжим дружить.

— Можно я оплачу твои долги? – спросила я и жестом остановила Лекси, когда она изумленно подняла брови и уже было открыла рот. – Деньги, которые мне достались… они не мои. Не совсем мои. И я хочу помочь людям, олицетворяющим для меня лучшие качества, которых был лишен человек, заработавший эти деньги. А ты как раз такая. Ты во всех смыслах полная противоположность моего жестокого, циничного, бесчувственного и мертвого мужа. Пожалуйста, позволь мне помочь.

По глазам подруги я различила момент, когда она решилась принять мое предложение: словно луч света пробился сквозь облака.

— Не уверена, что заслуживаю, – пробормотала она, – но… спасибо тебе.

Я просияла.

— Для чего же еще нужны друзья?

Никто из нас не хотел упустить редкий для декабря солнечный день. Несколько раз принимался сыпать снег, но ничего не замерзло: на солнце было не меньше десяти градусов. Я поставила на заднем дворе шезлонг и наблюдала, как дети после завтрака радостно носятся по двору, играя в догонялки. Позже мы собирались к Джослин на спонтанную киновечеринку. Кристал и Аякс тоже должны были приехать.

И как ни странно, к нам намеревалась присоединиться Морин.

Прошло почти три недели с тех пор, как арестовали Паджетт и предъявили ей обвинение во всех убийствах. Морин сильно поменялась с того момента. Раньше она даже не догадывалась, что творится с дочерью, и теперь во всем винила себя. На самом деле и сейчас винит, но мы стараемся помочь ей пережить это.

Она уже трижды навещала дочь в психиатрической больнице строгого режима, где Паджетт держат до суда и где она, скорее всего, останется и впоследствии. В последнее время Морин стала заговаривать об усыновлении. Она наконец поняла, сколько муж отнял у них с дочерью, и захотела компенсировать потерю любым способом.