Книга Комната их тайн, страница 137 – Клэр Дуглас

Элис садится рядом со мной. Она принесла два кофе, и я, забыв о подозрениях, с благодарностью принимаю у нее стакан и грею о него ладони.

— Что происходит, Таш? – Она отпивает кофе и оценивающе глядит на меня своими холодными зелеными глазами.

— Почему ты солгала? Почему сразу не сказала полиции, что другая ДНК тоже твоя?

Элис испускает глубокий вздох, и у нее изо рта вырывается пар.

— Я правда не подумала об этом, когда нам сказали, что нашли еще ДНК. Просто забыла. Я имею в виду: у меня голова была занята совсем другим.

Внимательно смотрю на нее: она выглядит совершенно спокойной. Безмятежной. Элис всегда говорила, что ей нет нужды лгать.

— Я тебе не верю, Элис. Ты не могла забыть. Зачем ты заставила нас всех поверить, что Холли вернулась, раз знала, что ДНК не может быть ее?

— Я думала о других вещах. Про ДНК я узнала давным-давно. – Она опять отпивает кофе, но отговорка неубедительная, и Элис это понимает. – Я была на успокоительных. И мне хотелось верить, что ДНК принадлежит Холли.

У нее на все есть ответ. Помню, и мама так говорила. У твоей сестры на все есть ответ.

— При таком сценарии единственная причина, по которой человек не скажет полиции, что он химера, – говорю я, – это с целью сбить детективов со следа. Заставить их гоняться за тенью. Подсунуть им другого подозреваемого.

Элис не отвечает. Вместо этого сует руку в карман и достает оттуда смятую пачку сигарет. Я с удивлением смотрю, как она прикуривает. Ее рука в перчатке чуть заметно дрожит. Сто лет не видела, чтобы она курила. Это воскрешает еще одно воспоминание…

— Мама сказала, что видела тебя у пруда в ночь после смерти Зои. Ты объяснила ей, что вышла покурить. Чем ты на самом деле занималась?

— Просто захотела пройтись. Господи боже! – Элис делает глоток кофе и ставит стакан рядом с собой, продолжая курить.

Я думаю о баллонном ключе Арона, неизвестно откуда взявшемся у Зои в гараже. Что, если это Элис его туда подложила? И именно этим она занималась в ту ночь, когда мама увидела ее? Через поле за нашим домом проходит короткая дорога к дому Зои.

— Так ты не пыталась подставить Зои?

Выражение ее лица меняется, и она оборачивается ко мне, глядя прямо в глаза.

— Что ты пытаешься сказать? Ты что, забыла, что на меня тоже напали?

— Ты могла сама нанести себе рану.

Элис смеется.

— Серьезно?.. Сильно сомневаюсь. Не представляю, каким образом можно ранить себя так сильно.

Я гляжу на нее, напряженно размышляя. Она выглядит такой спокойной… Если не считать дрожащей руки. Элис тушит сигарету и снова берется за кофе, обхватывая стакан обеими руками.

И вдруг я думаю – это же Элис. Моя сестра. Она любила Кайла. Она не могла все это подстроить. Его смерть искренне ее потрясла. Она не такая хорошая актриса. Но она хотела, чтобы мы поверили, будто кровь на моем ковре принадлежит преступнику. Собственно, Холли. Зачем ей так поступать – так пугать маму и давать ей неоправданную надежду? Если только не ради того, чтобы подсунуть полиции ложного подозреваемого?

Элис кладет ладонь мне на руку.

— Пойдем. Вернемся домой. Мы собрались где-нибудь пообедать все вместе.

Она встает. Ее щеки раскраснелись от холода; прядь медных волос, таких же, как мои, пляшет на ледяном ветру. Я не знаю, что мне делать и что думать. Зачем ей понадобилось избавляться от Кайла? Я помню ее вчерашние слова про приложение и свою репутацию. Может, тут и кроется причина? В спасении репутации? Приложению грозил провал из-за темных делишек Кайла? Или оно сразу было неудачным? Этого боялась Элис?