Книга Комната их тайн, страница 54 – Клэр Дуглас

Джанет надеялась, что Таша станет ветеринаром; она всегда обожала животных и ребенком вечно притаскивала их в дом, но дочь плохо сдала выпускные экзамены, что подорвало ее самооценку, поэтому она поступила в колледж на секретаршу.

Джанет наклоняется погладить кошку, попивая свой чай и глядя в сад. Деревья стоят оранжевые и золотистые, ярко вырисовываясь на фоне облачного неба. Дождь все еще капает, но солнце уже выглядывает из-за облаков, заливая кухню теплым светом, согревая лицо Джанет и отбрасывая блики на стекло французского окна. Джанет обещает себе как следует его вымыть, пока она здесь.

Она вспоминает про репортера, постучавшегося к ним в двери, пока Таша ходила на работу, а девочки были в саду. К счастью, Элис спала наверху. Джанет рассердилась, увидев на крыльце молодого мужчину, дерзко заявившегося к ним, – он стоял с выражением притворного сочувствия на лице, плохо скрывая свое возбуждение. Она изменила своей обычной вежливости и прогнала его, захлопнув дверь у него перед носом. Это происшествие живо напомнило ей времена после исчезновения Холли. Вспоминать об этом было мучительно: все эти ложные следы, короткие проблески надежды, сменявшиеся убийственным разочарованием, тыканье пальцем, сплетни, отчаяние оттого, что она не знает, где ее малышка и жива ли еще. Она не забыла, как стоически держался Джим: он ни разу не сорвался, не плакал и не лежал в постели, отказываясь вставать, как она сама. Муж стал для нее подобием живого щита: защищал семью и позволял ей скорбеть, пока сам занимался их повседневными потребностями, воспитывая двух старших дочерей. Но она знала, что за его внешней невозмутимостью скрывалось не меньшее страдание. Скорее всего, и инфаркт у него случился из-за эмоций, которые он подавлял, чтобы казаться сильным.

Ей не хочется думать о том кошмарном дне в 1989-м, но он все равно встает у Джанет перед глазами. Со временем воспоминания не ослабели, а в это время каждый год они становятся еще ярче.

Когда Джанет вышла из лавки, был короткий момент, прежде чем она осознала, что Холли исчезла, в который она чувствовала себя счастливой. Счастливой по-настоящему. Она посмотрела на бирюзовое безоблачное небо и восхитилась окружающим миром: деревьями в золотистых и оранжевых листьях, очаровательной мощеной улочкой, солнечным прохладным осенним утром, тем, что сейчас вернется домой к любимому мужу и двум красивым, здоровым дочерям. Несмотря на мастит, бессонницу и усталость от необходимости присматривать за тремя маленькими детьми, в тот момент Джанет была полностью довольна жизнью.

В последний раз она ощущала такую легкость.

Когда Джанет поняла, что Холли нет, то уронила на землю сумку с только что купленной капустой и замерла, охваченная целым ураганом эмоций: ужасом от зрелища пустой коляски, отчаянием от мысли, что ее малышку украли, чувством вины, что оставила ее снаружи одну, страхом перед тем, что придется сказать Джиму и навсегда разрушить его жизнь. Это было выше ее сил. Она осела на мостовую, и Вив внезапно оказалась рядом – помогла подняться, забежала в лавку позвонить в полицию, а потом Джиму. Полицейские действовали стремительно: перекрыли улицу, обыскали всю деревню, потом устроили масштабные поиски в лесу, на пруду и на озерах. Всех педофилов, про которых было известно, проживавших поблизости, вызывали на допросы, осматривали дом за домом, организовали для Джанет с Джимом выступление по телевидению, которое она так и не решилась пересмотреть.