Книга Комната их тайн, страница 97 – Клэр Дуглас

— Помнишь тот день, когда вы с Ароном к нам приезжали? Когда ты была беременна? – Элис смотрит на меня, и я киваю. – Он был идеальным, – добавляет она.

Судорожно сглатываю.

— Да. Кайл великолепно играл на рояле.

— Кайл все делал великолепно, – говорит Элис. Она падает на один из громадных диванов, обитых ярко-розовым бархатом, перед роскошным камином. Гостиная выглядит словно с фотографии в журнале «Дизайн интерьеров» со стенами цвета дыма и яркой мебелью. – Боже, этот дом пахнет им…

Присаживаюсь рядом с ней.

— Есть какие-то последние приготовления к похоронам, с которыми тебе надо помочь?

— Нет, спасибо. В основном все уже сделано. Придет где-то человек девяносто.

Девяносто человек… Сомневаюсь, что у меня на похоронах наберется хотя бы половина. Отгоняю от себя мрачные мысли.

— Мне надо только кое-что обсудить с кейтеринговой компанией, – говорит Элис. – Они организуют здесь всё в субботу, пока мы будем в церкви. И помогут с приемом.

Она встает, подходит к камину и берет фотографию в рамке: они с Кайлом в день их свадьбы в Лас-Вегасе.

— Я жалею, что у нас не было пышного торжества. Надо было устроить. Нарядиться в свадебное платье…

Она нежно проводит пальцем по снимку. Элис великолепно выглядит на нем в длинном бледно-розовом платье; на Кайле светло-голубой костюм. Они смотрят друг на друга влюбленными глазами. Пытаюсь вспомнить, смотрели ли мы с Ароном когда-нибудь так.

— Мне тоже жаль. Я бы хотела присутствовать, – говорю ей.

Элис с серьезным лицом оборачивается ко мне.

— Прости. Ты на меня обижалась?

— Нет! Совсем нет. Это было ваше дело, ваш большой день. Вы должны были устроить всё так, как нравилось вам… Просто мне хотелось бы посмотреть, как ты выходишь замуж.

Сестра ставит фотографию на место и отходит от камина.

— Ладно. Не имеет смысла сидеть здесь и вздыхать о прошлом. Надо двигаться дальше. Может, заваришь нам чаю? Ты знаешь, где кухня.

Я смотрю, как Элис выходит из комнаты, задаваясь вопросом, не расстроила ли я ее. Она сейчас очень уязвима, и это понятно, поэтому я молчу, чтобы не сделать хуже.

Со вздохом поднимаюсь с дивана и иду через холл и короткую лестницу в просторную кухню, оформленную стеклом и камнем, в задней части дома. Она потрясающая – с раздвижными стеклянными дверями во всю стену, рабочими поверхностями из мрамора и темно-серыми шкафчиками без ручек. Кухня безупречна – как и весь дом. Нигде ни пылинки, хотя Элис не было дома почти две недели. Наверное, она заказывала клининг.

Делаю нам с Элис чай – немного повозившись с краном для горячей воды и поискав в шкафчиках кружки. Каменные плитки у меня под ногами теплые. Возвращаюсь в гостиную с кружками в руках, но Элис там нет. Заглядываю в другие комнаты на первом этаже: библиотеку, столовую, еще одну гостиную, но все они пусты. В подвале у них маленький кинозал, но я сомневаюсь, что Элис там и смотрит фильмы.

— Элис! – зову ее, поднимаясь по лестнице. По затылку у меня бежит холодок. Каким бы красивым ни был дом, он слишком большой, слишком гулкий, слишком старый, и меня охватывает паника при мысли, что мы будем ночевать тут сегодня только вдвоем. Что, если кто-нибудь вломится к нам, чтобы закончить дело, начатое у меня?

— Элис! – зову снова. Ответа нет, и я останавливаюсь на площадке лестницы. Заглядываю в первую дверь: это кабинет, оформленный в мужском стиле, с массивным деревянным столом, книжными полками от пола до потолка и кожаным вращающимся креслом. Лэптоп на столе открыт, экран светится. Заглядываю в почтовую программу – письмо из похоронной конторы. Наверное, это лэптоп Элис.