Книга Квартирник, страница 49 – Роман Путилов

Женщина лет тридцати пяти, в квартиру которой привел следственную группу Глазырин, сначала бросилась на шею позвякивающему «браслетами» вору, затем безропотно принесла из кладовой пору старых, еще фанерных чемоданов, полных вещей и безделушек. Как пояснил Глазырин следователю, вещи, хранящиеся в этих чемоданах были им похищены, но по разным причинам, не проданные. Какая вещь из какой квартиры похищена, он уже не помнит, но следователь без труда разберется с этим вопросом.

Гражданина Мельникова под мое честное слово и поручительство комсомольской организации жилищно-эксплуатационного управления района через семьдесят два часа выпустили под подписку. Глазырин получил за сотню краж шесть лет путем частичного поглощения наказания. Я же получил премию в размере двух должностных окладов и должность старшего опера, но это была уже другая история.

Пришедшее в конце сентября бабье лето порадовало горожан четырьмя солнечными днями, чтобы тут же смениться ледяными, затяжными дождями. Хорошо, что отопительный сезон у нас начинают традиционно в середине сентября, что дома и в кабинете было тепло и уютно. Но вот на улице… Мытье лап Демона перетекало во влажную уборку коридора и санузла, так как этот тростниковый кабан, выплескивая на утренней и вечерней прогулке накопившуюся энергию носился по мокрому пустырю кругами, периодически поскальзываясь на мокрых глиняных дорожках, опрокидывал своих четвероногих приятелей и приятельниц, а потом норовил, выплескивая переполняющее его счастье, облизать мне лицо, положив грязные лапы на плечи любимому хозяину. По этой причине на прогулку с псом я ходил исключительно в наряде «а-ля бомж».

Трудности были и на работе. Весь месяц я служил палочкой выручалочкой отдела, которая, поломавшись для приличия, была готова в любое время дать «раскрытие» из запасов, полученных от незабвенного Глазырина. Начальник розыска смотрел ласково, как подвыпивший отец на сына— отличника, топорщил черные как смоль усы, фыркал, как обожравшийся рыбой морж и ставил в пример. Капитан Близнюк меня больше не задевал, утром добросовестно докладывал о моих планах на день, а вечером озвучивал то, что я ему доложил. Но мира у нас с ним не было. В журнал раскрытий я вписывал исключительно свою фамилию, остальные члены группы, палец о палец не ударившие, чтобы мне помочь, к мой ближний круг не входили.

Близнюк как-то выкручивался, дав как раскрытие квартирной кражи проникновение в комнату коммунальной квартиры, когда пьяный мужик вломился в бабульке — соседке в поисках не хватившей выпивки, и употребил из холодильника кроме литра деревенского самогона еще и тазик свеже — сваренного холодца. Выехав в дежурные сутки к возмущенной старушке, бравый капитан с трудом дотащил безмятежно спящего на кровати злодея до дежурки, уложил пьяного соседа почивать в камеру, а утром, на пару с ним опрокинув по пятьдесят грамм, принял мужчины мокрую от слез явку с повинной. А что? Допросить злодея в дежурные сутки было невозможно по причине крепкого сна. Дверь в комнату бабули была выломана? Была. Следовательно, кража с противоправным проникновением в жилище есть, и можно ставить в отчетности галочку.

Второй раз счастье группе по раскрытию квартирных краж прилетело из ИТК номер два общего режима. Молодой человек всей душой принял блатную романтику, вписываясь в местное сообщество мелких хулиганов, в числе которых он влез в ларек «Союзпечати». Вечером молодая банда, оккупировав две, утащенные от подъездов и установленные в густых кустах, скамейки, праздновали великую криминальную победу, распивая бутылку благородного «Агдама» и угощая ворованными сигаретами «Родопи» всех, включая малолеток-второклассников.