Книга Угонщик, страница 84 – Роман Путилов

В кассе что-то скрежетнуло, ручка крутанулась, из-под кассы со звоном выскочил денежный ящик, моя десятирублевая купюра исчезла с прилавка, а в круглое, пластиковое блюдце для мелочи упала юбилейный полтинник с Лениным на реверсе и истрепанная зеленоватая трехрублевка.

На прилавок шлепнулся бумажный пакет светло-коричневого цвета с окаменевшим от влаги сахаром, банка рыбы с отклеившейся с одного края бумажной лентой этикетки…

— Рая! — металлическая дверь в подсобку за спиной «химической» блондинки распахнулась, на пороге, с трудом удерживаясь двумя руками за ободранный дверной косяк, повисло тело в сером халате с оторванным боковым карманом: — Мы два «Агдама» возьмем, запиши в тетрадке…

— Пошел в жопу, Петя! — продавщица живо обернулась к, еле стоящему грузчику: — У тебя уже три зарплаты в тетрадку записано.

— Ну ты меня поняла! — Петя махнул рукой и захлопнул дверь, после чего в подсобке зазвенело стекло и раздался сочный мат в исполнении нескольких мужских голосов.

— Взял, отойди! — меня попытался оттеснить от прилавка топтавшийся за мной гражданин, который сунул голову мне на плечо и гаркнул, обдав меня смрадным облаком вони, нестиранных несколько недель, солдатских портянок: — Рая, нам как обычно и сырок.

Гражданин с проблемами в полости рта, получив болезненный тычок локтем в живот, временно замолчал. Рая уставилась на меня глазами протухшей рыбы.

— Что?

— Масло подсолнечное.

— Я подала.

Я молча положил на прилавок матерчатую сумку и опустил вниз ее края, демонстрируя отсутствие в таре масла. Рая сверлила меня своими снулыми глазами с минуту, после чего молча отошла, чтобы вернуться и грохнуть на прилавок покрытую засохшим маслом бутылку прочного стекла с подсолнечником на этикетке.

— Следующий, говорите.

По пути, к стоящей на обочине «Ниве», меня окликнули:

— Эй, мужик!

От магазина за мной спешил ушибленный тип с несвежим дыханием. Чуть дальше за ним, в мою сторону, двигалась еще парочка с лицами, не обезображенными интеллектом. Эта троица мне была не особо опасна, но вокруг магазина на Спуске сейчас вертелось не меньше полутора десятков аборигенов, и я даже не сомневался, что в случае чего, они, как собачья стая, присоединится к спешащей ко мне троице, в желании потрепать чужака.

За три метра до меня вонючего гражданина перехватил какой-то «пацанчик» со смутно знакомым лицом, который повис на плече обиженного мной мужика и что-то горячо зашептал ему в ухо. Жаждущий поквитаться со мной мужчина, по инерции сделал еще пару шагов в мою сторону, но потом резко передумал, и они с «пацанчиком» повернули обратно. Я пожал плечами, сел в машину и начал выезжать на магистраль — стоять здесь на машине было чревато. Сейчас в драку не полезли, но выпив «пузырь» плодово-ягодного пойла, могут освободившуюся стеклотару кинуть в стекло «Нивы».

— Привет! — я вошел на кухню и поцеловал стоящую у электрической плиты Свету в шейку: — Как дела?

— Все в порядке, иди руки мой и садись есть.

На ужин Светлана приготовила макароны «по-флотски», используя в качестве мясной составляющей рогалик ливерной колбасы, которая еще сохраняла приличное качество.

Дождавшись, когда я доем, девушка поставила передо мной большую керамическую кружку с чаем.

— Рассказывай, что нового? Когда мне на работы выходить?