Книга Охотники за дурью, страница 77 – Роман Путилов

Декабрь 1994 года.

Сердце Города.

Люди делятся на тех, кто в два часа ночи открывает входную дверь квартиры, когда кто-то орет из подъезда, что сосед его заливает, и тех, кто эту дверь не откроет низа что. Я бы эту чертову дверь не открыл, а инженер «Городэнерго» оказался из первой категории. Как я оказался у него под дверью? Не знаю, ноги сами привели. Как вы понимаете, пахнущий сгоревшим порохом и свежей кровью мужик, в окровавленной одежде, голосующий на дороге, не мог не вызвать подозрения, и его бы довезли бы либо до первого милицейского поста, либо запомнили бы на всю жизнь. Ни тот, ни другой вариант меня не устраивал, поэтому до границы Города и дальше, до его Сердца, я шел пешком, избегая центральных улиц и площадей. Достигнув Сердца Города, я понял, что идти дальше уже не могу, ног не чувствовал, передвигая их, как деревянные колодки, поэтому я заскочил в один из подъездов, погреться у теплой батареи. А то, что это оказался подъезд, где жил мой недруг из отдела подключения новых абонентов «Городэнерго» было либо перстом Судьбы, либо издержкой моего подсознания. Я целый час просидел на ребристой поверхности, еле теплой, чугунной батареи, пока не смог шевелить пальцами ног, дважды убегал на улицу и один раз на площадку пятого этажа, чтобы не встретиться с припозднившимися жильцами и те не вызвали милицию, убрать из подъезда подозрительного типа. К двум часам ночи меня окончательно вывели из себя запахи жаренного мяса, бубнеж телевизора и стоны удовлетворяемой кем-то женщины, которые доносились до меня из-за дверей засыпающих квартир, и я решительно двинулся к знакомой двери.

Заклеив клочками бесплатных газет глазки соседских квартир я решительно задолбил ладонью по филенке двери квартиры инженера.

— Аркашка, урод, открывай дверь! Ты нас опять заливаешь, а мы только что евроремонт сделали! Разоришься убытки оплачивать! — долбил я ладошкой по мутному глазку инженерской квартиры, стараясь держаться вне поля зрения.

Несколько минут ничего не происходило, потом клацнули замки дверь распахнулась и передо мной предстал хозяин квартиры, облаченный в знакомый халат, щурившийся со сна на свет мутной, подъездной, лампочки.

— Матвей Павлович, не кричите, ребенка разбудите…- хозяин, не открывая глаз, приглашающе махнул мне рукой и шагнул в сторону санузла: — Я вам который раз говорю, что у меня все сухо, это у вас где-то подтекает…

Щелкнув старым круглым выключателем, покрытым брызгами известки, инженер торжествующе обернулся, показывая на сухие керамические плитки пола ванной: — Как видите, у меня все сухо… Вы⁈

— Что так скромно живешь? — я радостно оскалился: — Такие взятки за подключения к сетям имеешь, а в квартире ремонт лет двадцать, как не делался?

— Убирайтесь отсюда, пока я милицию не вызвал! — глупо зашипел инженер, пафосно указывая мне на входную дверь.

— Аркашка, ты дурак? — я распахнул полу куртки и показал ему ствол автомата: — Ну приедут они и что? Твой труп опишут, так тебя, падлу, и не жалко, а у тебя там еще кто-то спит…

— Я…я…- инженер попытался оттолкнуть меня от входной двери, но не преуспел в этом. В короткой борьбе площадка на придверном коврике осталась за мной, а в качестве окончательного закрепления победы я запер входную дверь на ключ, торчащий из двери, а ключ сунул в карман.