Книга Опасные манипуляции 2, страница 95 – Роман Путилов

Я приподняла горящую голову от прохладной столешницы и прошептала:

— Я никого не брала на работу, и никого никуда не посылала.

Красное от возмущения лицо мужчины появилось перед моими глазами, он хватал воздух ртом, как большая лягушка. Потом лицо исчезло, а на стол стали со шлепками падать какие-то документы. Голос следователя ввинчивался мне в мозг, принося только страдания:

— Вот справка с завода, что это твои постройки, вот показания свидетелей, что ты людей наняла на работу, и деньги им платила. Можешь вообще молчать, сейчас пойдешь в камеру, подумаешь, я пока документы приведу в порядок, через час вызову тебя, и не дай бог, не признаешь вину, до суда будешь в тюрьме сидеть, шалава малолетняя.

Он крикнул кого-то из коридора, меня начали теребить, но я даже не пыталась встать, тогда сильным рывком меня вздернули вверх и потащили куда-то вниз. Дальнейшее я помнила с трудом, у меня отобрали сумку, вывернули карманы, все содержимое высыпали в сумку, а меня втолкнули на металлическую лавку в тесном пенале, где, среди тяжелых миазмов, сидели какие-то люди, вроде бы женщина. От запаха меня начало тошнить, но желудок был пуст, отпрянувшие от меня соседи по лавке, вновь успокоились, пару раз спросили меня о чем-то, я честно попыталась ответить, даже что-то просипела, но после этого уже ничего помнила. Мне казалось, что я проспала пять минут, и вновь меня вытащили из камеры, сунули в руку сумку и по локоть потащили наверх.

Я старалась перебирать ногами, глаза у меня практически не открывались. По пробившему опущенные ресницы яркому свету, я поняла, что из темного коридора меня ввели я кабинет. Я облегченно упала на стул, к которому меня подтащил милиционер, и уже собралась опустить голову на стол, когда к нашей компании присоединился кто-то очень громкий. Я с трудом, стараясь не отрывать головы от удобной столешницы, повернулась на стуле и с интересом воззрилась на вошедшего в кабинет вслед за моим конвоиром мужчину. В длинном кожаном плаще, распахнутом на груди, из под которого виднелся темный костюм и серый галстук на черной рубашке, он казался огромным и гневным богом войны, изрыгающим проклятия на жалких людишек:

— Здравствуйте всем. А что тут у вас творится. Почему у вас девушка в таком состоянии. Вы ее что — били?

В кабинете воцарилось молчание. Громовержец, громко топая, подошел ко мне, всмотрелся мне в лицо, затем коснулся губами лба. Во время этих манипуляций, я с некоторым разочарованием узнала в божестве Николая Жемчужного. Затем мой бывший любовник заорал вновь:

— А вы не видите, что у нее температура под сорок? Вообще-то по международным соглашениям допрашивать больного человека является пыткой. Вы ей скорую вызвали? Сержант, если скорую не вызовите в течении пяти минут, я звоню дежурному прокурору в областную прокуратуру, пусть узнает, как вы людей без медицинской помощи в камере держите.

— Да вы кто такой и почему здесь командуете? — о, следователь проснулся.

Я пристроила голову на столе поудобнее, закрыла глаза, и приготовилась слушать увлекательный радиоспектакль.

— А я разве не представился — абсолютно спокойным голосом ответил Николай: — Я юрисконсульт фирмы «Незимида», вот моя заверенная доверенность представителя и паспорт. Но все, что я сказал ранее, остается в силе. Если не вызовете скорую тяжело больному человеку — буду звонить в все инстанции.