Книга До основанья, а затем…, страница 68 – Роман Путилов

Нас остановили ровно напротив конторы Попова по улице Лиговской, дом двести пятьдесят три. Как в плохом вестерне, на середину проезжей части встал, широко расставив ноги молодой парень с цигаркой в зубах.

— Ша, православные, приехали!

— Что везем? — второй, с семечками в широкой горсти, лениво подошел сбоку и откинул рогожу, накрывающую пулемет «максим». Остальное происходило в почти полной тишине. Бывшие солдаты, перестав изображать испуганных обывателей, в одно мгновение сбили представителей криминальной молодежи на мостовую, двумя десятками ударов тяжелых юфтевых сапог привели их в полное расстройство здоровья, после чего, вытащив из голенищ сапог ножики и старый револьвер непонятной марки из-за пазухи того, что баловался табаком, оттащили два изломанных тела в сторонку, чтобы не мешались.

Я осторожно согнулся- разогнулся, после чего подошел к двери, над которой висела вывеска «Ломовой извоз, легковой извоз», достал браунинг и встал за пригнувшимся щитоносцем. Слева, тяжело дыша, пригнувшись замер третий штурмовой взвод, блестя широкими штыками коротеньких японских карабинов.

— Пошли!

Дверь от удара щита с грохотом распахнулась, и мы оказались в помещении, где за нескольким столами, уставленными тарелками с закуской и бутылскми, сидел десяток мужчин брутального вида и несколько размалеванных девок.

— Вечер в хату! Руки верх, милиция! — после чего я начал стрелять, так как мое приветствие было дружно проигнорировано. Девки с визгом полезли под стол, видимо, опытные, а мужики, напротив вскочили, потянувшись кто к оружию за поясом, кто к ножам, а кто к бутылкам.

— Пустой! — я сунул пистолет вверх и назад, после чего его деликатно вынули из моей руки, а взамен его сунули такой-же, но заряженный.

— Вперед! — я хлопнул щитоносца по плечу, и мы пошли вперед, перестав закупоривать входную дверь и в зал хлынули бойцы штурмового взвода.

Следующим помещением был кабинет, с большим шкафом, столом и лежащим на столе обнаженным женским телом. Как только распахнулась дверь кабинета, и мы попытались шагнуть внутрь, как раздался частая стрельба, в край щита ударили пули, что-то мелькнуло у меня перед лицом и горячее впилось в щеку, чудом не попав в глаз. Я машинально схватился рукой и выдернул острую металлическую стружку, а по щеке вниз скользнула струйка крови. Пули без остановки били в щит, с визгом уносясь в потолок, а мой щитоносец, попытался отступить назад, но я ему не дал, вцепившись в шею, и он замер, съежившись в согнутом положении — под такой град мы еще не попадали. Наконец выстрелы смолкли, раздались холостые щелчки и ругательства. Я, навалившись на верхнюю часть щита, сумел открыть щель между щитом и косяком, после чего начал торопливо стрелять. Бандитов подвела необученность к совместным действиям. Увидев рвущееся к ним, в приватную обстановку, где они с удовольствием предавались телесным утехам, что-то непонятное, они открыли ураганный огонь из револьверов, а через несколько секунд, вместо того, чтобы присесть за массивный стол и попытаться перезарядится, замерли, как три тополя, после чего безвольно осели на пол сморщенными серыми тряпочками.

— Пустой! — снова смена оружия и я толкнул щитоносца: — Вперед. На столе, привязанная длинными темными косами к уголкам стола, лежала голая девушка с ссадинами, синяками и по всему телу, отрешенно смотрящая в потолок. Очевидно это та, которой не повезло попасться пройти мимо этого дома сорок минут назад. С другой стороны, несчастной повезло — в отличии от трех своих мучителей она была жива, ни одна из трех десятков пуль, пролетевших над ней, ее не задела.