Книга Снег Святого Петра. Ночи под каменным мостом, страница 128 – Лео Перуц

«Вот уж поистине беспокойная голова! А может быть, что-то донимает его и не дает усидеть на месте?» – размышлял про себя Иоганн Кеплер, наблюдая за тем, как молодой офицер, пришедший к нему по поводу «дел небесных», все время ерзает на стуле, отрываясь от этого занятия лишь для того, чтобы вскочить и пробежать несколько кругов по комнате.

— Итак, – обратился ученый к своему посетителю, – сегодня вам исполнилось двадцать три года, два месяца и шесть дней.

— Именно так, – ответил офицер, подошел к печке и протянул озябшие руки к топке, казалось, даже не заметив, что огня там и в помине не было. – Именно так, сударь, и если вы хотите этим сказать, что иные люди в моем возрасте уже совершили значительные дела и внесли свое имя в почетную книгу истории, то вы будете совершенно правы. Мне нечем похвастаться, кроме того, что я изучал военные науки в Падуе и Болонье, а потом под началом генерала Баста дрался против турок. Правда, я захватил одного пашу – по-ихнему бека – в его собственной ставке, но разве же это подвиг! После аферы Грана я уволился со службы и до сих пор… Нет, это просто невыносимо! – вскричал он вдруг, прижав ладони к вискам, как если бы ощутил внезапную и страшную боль.

— Вам плохо, сударь мой? – спросил Кеплер.

— Да нет же, просто на вашей улице стоит такой гвалт, что и впрямь можно сойти с ума, – объяснил молодой дворянин голосом, звучавшим отнюдь не жалобно, а скорее порывисто и гневно. – Может быть, вам, господин астролог, и не по вкусу придется моя прямота, но я просто не могу взять в толк, как это при таком шуме вы еще находите силы читать ваши книги и выстраивать ваши мысли?

— Шум, говорите? Да что вы, сейчас на улице еще довольно тихо! – возразил Кеплер. – У кузнеца-гвоздодела сегодня выходной, а кабак, в котором солдаты собираются для того, чтобы всю ночь орать песни, ругаться и бить друг другу физиономии, еще закрыт.

— Но я говорю не о солдатах – уж к ним-то я попривык, – уточнил молодой дворянин. – Я имею в виду гомон этих безбожных лягушек. Их там, наверное, не одна сотня! Неужели господин их не слышит?

— Слышу, но не слушаю, – ответил Кеплер. – Рассказывают же о том, что люди, живущие на порогах Нила, глухи от рева и грохота. А я так думаю, что они просто привыкли к шуму и не замечают его. Вот и я перестал замечать крик лягушек… И не следует называть их безбожными, ибо всякая тварь возносит свой голос во славу Бога.

— Будь я Господом Богом, я сумел бы снискать себе лучшую славу и не позволил бы воспевать себя лягушкам, – раздраженно обронил молодой дворянин. – Если я не выношу даже малейшего шума, то почему я должен слушать вопли животных, будь то собаки, кошки, ослы или воробьи. Для меня это сущая пытка. Но давайте перейдем к цели моего визита, – продолжил он уже более спокойным тоном. – Нога fugat – время бежит, и я не хочу отнимать его у господина.

— Я должен составить вам гороскоп? – спросил Иоганн Кеплер.

— Нет, на сей раз не это. Я очень признателен господину, но я пришел не ради гороскопа, – заявил фон Вальдштейн. – Я всего лишь хочу задать господину один короткий вопрос: будет ли завтрашней ночью огненосный Марс господствовать в доме Большой Медведицы?

— И больше ничего? Я могу сразу дать вам ответ, – сказал Кеплер. – Нет, завтрашней ночью в доме Колесницы господствует не Марс, а Венера. Что же до Марса, которого вы называете огненосным, то он находится на пути в дом Скорпиона.