Книга Охотник за головами, страница 42 – Гловер Райт

— Должно быть, где-то открыт специальный счет, с которого снимались деньги – достаточно регулярно – для поддержания привычного вам образа жизни… и существовали подставные компании для заключения самых различных сделок. Все должно было выглядеть законно – да оно и было законным, – но большие деньги, задействованные в игре, принадлежали Лэнгли, а там уже следили и за тем, чтобы их тратили, как надо, а главное, за тем, чтобы все в нужный момент к ним вернулось. Ваш муж, должно быть, извлекал из всего этого какую-то прибыль – это ясно, действовать ведь приходилось именно ему, но реально деньги и вся собственность никогда ему не принадлежали. Он мог только пользоваться ими на определенном отрезке времени, а в Лэнгли всегда могли и дернуть за веревочку. Так, по крайней мере, все это представляется мне.

Не в силах поверить в реальность нарисованной Картером картины, Кэт покачала головой:

— Я никогда не спрашивала его о делах и доверяла ему в этом отношении целиком и полностью. Что бы он ни делал и что бы ни происходило вокруг. Успехи, ожидание еще больших успехов, уверенность в завтрашнем дне. Да я ни разу даже не спросила у него, сколько у нас денег. Я просто тратила их. О господи, какой же я была идиоткой!

Она почувствовала, как в ее душе нарастает тревога. Перспектива воспитания трех маленьких детей в отсутствие мужа и каких бы то ни было средств внезапно показалась ей устрашающей. Усилием воли она заставила себя успокоиться. Чего бы ей это ни стоило, она сумеет постоять за себя и обезопасить будущее своих детей. Чего бы ни потребовало у нее ЦРУ – какое бы темное дело оно ей ни предложило, – если это обеспечит им уверенность в завтрашнем дне, она согласится без малейших колебаний.

— Черт бы тебя побрал, Патрик, – вполголоса пробормотала она.

— Не позволяйте себе проникнуться к нему ненавистью, – сказал Картер. – Какими бы мотивами Патрик ни руководствовался, он делал дело. И погиб во имя этого дела.

— Да не испытываю я к нему ненависти! Я просто не могу понять, зачем ему надо было мне лгать? На протяжении столь долгого времени? Разве он не мог рассказать мне правду, все как есть? Зачем было заставлять меня жить во лжи – ведь вся моя жизнь была ложью! Он заставил меня лгать, как последнюю потаскушку! Дерьмо какое! – Она стремительно обернулась, чтобы посмотреть, как там дети. – Ладно, солнышко, – сказала она младшей, – давай-ка спи дальше.

Картер рассудительно произнес:

— У арабов и латиноамериканцев миллионеры ассоциируются с особым шиком: машины, дом, красавица жена. – Он увидел, что Кэт вот-вот расплачется. – Просто хотел объяснить вам, из чего исходят в Лэнгли.

Она откинула голову на спинку сиденья и умолкла, но через какое-то время снова заговорила:

— А что заставляет образованного человека превратиться в авантюриста, готового пожертвовать жизнью ради денег?

Картер улыбнулся:

— Вас интересует ваш муж?

— Меня интересуете вы.

— А что вам рассказывал обо мне муж?

— Немногое. Вы были в Вест-Пойнте, орденов у вас столько, что елку украсить можно. У вас вроде бы нет ничего своего и при этом вам на все наплевать.

— Он так говорил?

— И еще что вверяет вам свою жизнь.

— Вот это – самое главное. Все остальное не имеет значения.

— Для Патрика – может быть. Но я женщина. Мать. Я должна знать, какими мотивами руководствуется человек, которому я вверила судьбу своей семьи. Что с вами стряслось?