Книга Охотник за головами, страница 44 – Гловер Райт

Снаружи, за оградой, стояли цепочкой проходящие проверку транспортные средства, уязвимые и беззащитные, а молодые солдаты в боевом камуфляже и испытанные сотрудники спецслужб, под мешковатой одеждой которых топорщились бронежилеты, переходили от одной машины к другой – настороженные, с оружием наготове, кружа у машин и отступая от них на шаг, – они словно бы исполняли хорошо отрепетированный, но смертельный танец, поворачиваясь спиной именно в ту сторону, откуда в данный момент исходила наименьшая опасность, беспокойно осматриваясь по сторонам, демонстрируя ежесекундную готовность уловить малейшее движение или действие, которое повлекло бы за собой новую вспышку насилия.

Картер подставил лицо под их прожекторы, позволил и скрытым камерам сфотографировать и себя, и машину, а их компьютеру – проверить регистрационный номер «мерседеса», и только после этого дождался отмашки, допускающей его в страну, которую могло бы создать воображение Джеймса Оруэлла или Герберта Уэллса, причем в самые темные свои часы.

— Это чудовищно, – прошептала Кэт. – Просто не могла себе такого представить.

— Это и невозможно представить, пока не увидишь собственными глазами, – пробормотал Картер, и они пустились в путь.

Они объехали насыпь, на самом верху которой, невзирая на время суток и погодные условия, орудовала какая-то громоздкая машинерия, операторам которой дождь и смерть грозили, пожалуй, с одинаковой вероятностью; теперь перед ними открылась узкая дорога, по обе стороны от которой шел обрыв; на дороге стояли рогатки, проволочные заграждения и прочие, невидимые, но смертоносные устройства, предназначенные для того, чтобы нагнать страха даже на самых отчаянных бомбистов; в полнеба светили мощные прожекторы, словно бы призванные защитить командный пункт великой войны от внезапного нападения до поры до времени затаившегося противника.

«Хотя этого нападения и не случится», – подумал Картер. Здешняя война велась в грязных канавах и на дикарски опустошенных улицах, велась на террасах полуразрушенных домов с надежно укрепленными верхними окнами и задними воротами. И на лице врага, когда его удавалось увидеть, всегда была гримаса поражения, или его тело лежало на дороге, на стерне или в канаве и в безучастно открытые глаза лил дождь.

По мере того как дорога становилась все более ухабистой, «мерседес» начало трясти.

— Добро пожаловать в Ирландию, – сказал Картер, увидев слева по дороге гостиницу «Кэррикдейл», а справа и намного выше – мигающие огни последнего приграничного наблюдательного пункта английской армии. Над наблюдательным пунктом кружил, заходя на посадку, вертолет.

Рик мог по желанию преображаться в кого угодно.

Сейчас он выглядел американцем: типа университетского ученого с глазами, поблескивающими за стеклами очков, и с приветливой улыбкой на губах, приглашающей вас выслушать его россказни.

У молодого бойца с КПП в Ньюри не было в поединке с ним никаких шансов.

— Вы собираетесь посетить Республику, сэр?

— Вот именно.

— Турист?

— Точно так. Раскапываю старые кости.

— Прошу прощения, сэр?

— Предки. Вы представляете себе, сколько у нас в США было президентов ирландского происхождения? Я имею в виду, по обе стороны от здешней границы. Больше дюжины! Можете в такое поверить? Видел тут вчера в Данганноне фамильную усыпальницу Улисса С. Гранта^[4]. А за день до этого – Честера Алана Артура^[5] – в Каллейбеки. А на обратном пути заедем посмотреть на усыпальницу предков Эндрю Джексона. Нам с приятелем предстоят немалые открытия.