Книга Темная флейта вожатого, страница 144 – Владимир Волков

Помучавшись так с неделю, он решил прибегнуть к помощи преподавателя и начал брать уроки. Совсем молодая выпускница музучилища пыталась быть строгой и взрослой. Она объясняла, показывала, поправляла, иногда журила и с завистью поглядывала на дорогой инструмент, прелесть и возможности которого ее великовозрастный ученик постичь был не в состоянии. Что мы проходили на прошлом занятии? Берем инструмент, встаем. Спину прямо! Плечи расправить! Пальцы как ставим? Не целуем флейту, губы не растягиваем. Поток воздуха должен быть сконцентрированным и идти под углом. Спина. Грудь. Руки. Пальцы. Животом дышим! Не опускаем плечи!

На первом же занятии Стаев потребовал научить его играть джингл из рекламы «Кукурузки». Разучили с грехом пополам. Он принялся отрабатывать простую последовательность нот, но «как в рекламе» не получалось.

«Зачем это вам? – удивлялась учительница. – Вы хотите стать музыкантом?»

И на пятом занятии Стаев открыл ей тайну. Если дети ушли из-за музыки, значит, и обратный процесс возможен. А вдруг он сыграет такую мелодию, которая вернет десятый отряд? Ну чем он хуже Шайгина? Пионер – всем пример! К тому же у него волшебная флейта вожатого…

И они занимались дальше. Стаев с усердием упражнялся: играл гаммы, выводил в тетради ноты, читал учебник, презентованный ему учительницей. Впрочем, через две недели они с репетиторшей просто проводили урочные часы в постели безо всякой музыки. Это было приятно, но бесполезно. Флейта лежала рядом и блестела, щерилась клапанами.

В начале октября в квартире Стаева зазвонил телефон.

— Слушаю!

Молчание.

— Антон, это ты?

— Шайгин очнулся, – сказал женский голос.

— Кто это?

Трубка молчала. Следователь усмехнулся, отодвинул телефон, а потом наподдал тумбочку ногой. Тумбочка опрокинулась. Телефон зазвенел и покатился по полу, трубка отлетела в сторону, тяня за собой витой провод. Пнув аппарат еще раз, Стаев накинул куртку и рванул в психиатрическую лечебницу, прихватив флейту.

Он поймал такси и через двадцать минут был у «Индустриального техникума». Снова забор из бетонных плит. Турникет. Песочно-желтые здания. Кусты карагача и рядом с ними корпус со стеклянным тамбуром. Чернобородый заведующий улыбнулся капитану слишком радушно. Стаев с порога потребовал встречи с вожатым, приводил причины, показывал флейту в качестве аргумента. Его запустили внутрь. Снова коридор. Палаты без дверей и люди в полосатых пижамах. Но почему на нем вдруг тоже оказалась полосатая пижама?

«Это ничего, – думал Стаев. – Главное, что флейта при мне. Поскорее бы увидеть Шайгина…»

Ему выделили койку, показали, где находится туалет и столовая. В палате, это было большое квадратное помещение без дверей, имелось двенадцать кроватей. На шести размещались пациенты. В том числе и лысый высокий молодой человек, которого Стаев видел ранее. Впрочем, капитан не общался со своими «сокамерниками», а больше думал, как бы ему снова попасть к вожатому. Флейту он прятал под матрасом. Впрочем, на нее никто не покушался.

В лечебнице жилось хорошо. Кормили только не очень и гулять выводили редко. Каждый день его водили к лечащему врачу. Два медика подолгу беседовали с ним, просили нарисовать дом, дерево, человека, лес, пруд, дорогу, себя, какое-то животное. Стаев выполнял их просьбы, но без особой охоты.