Книга Серийный убийца: портрет в интерьере, страница 143 – Александр Люксембург, Амурхан Яндиев

Но есть и второй аспект проблемы, говорящий о некоторой неясности установки у формирующегося ускоренными темпами серийного убийцы. Несмотря на преобладающую ориентацию на «материнскую фигуру», он в то же время испытывал явное тяготение к девочкам-подросткам, то есть к тому, что психологи и врачи именуют педофилией.

Забегая вперед, отметим, что эта двойственность и конфликтность установки не была преодолена и в дальнейшем. Хотя взрослые и в, особенности, немолодые женщины преобладают среди его жертв, мы обнаружим среди них и 13-летнюю Наталью Г., 8-летнюю Лену М., 13-летнюю Наталью В. и 14-летнюю Галину Ф. Но если в случае с Олей Б. Муханкин был явно ориентирован преимущественно на сексуальные действия с девочкой, включая орогенитальный секс и попытку полового акта, и неясно, посягнул ли бы он в конечном счете на её жизнь, то характер его действий по отношению к Наталье Г. (реальных) и Наталье В. (предполагаемых, так как этот эпизод не развивался по плану преступника) несколько иной, и здесь можно усматривать комбинацию очевидного сексуального и несексуального, чисто садистского и некрофильского насилия. В эпизодах же с Леной М. и Галей Ф. убийцей движет уже однозначная жажда крови, стремление истязать еще теплое девичье тело и глумиться над ним.

Можно, конечно же, было бы предположить, что любая слабая, беззащитная жертва женского пола привлекательна для маньяка, и чем она слабее, тем лучше, если учесть его ограниченные физические возможности. В конце концов на взрослых, сформировавшихся женщин ему приходилось бросаться из засады, чтобы одним мощным ударом обезвредить и затем иметь шанс распорядиться без помех добычей. С более слабыми девочками хлюпику-убийце было много проще. Но подобное объяснение едва ли окажется достаточным. Возможно также, что, обращая свою сексуальную агрессию против девочек, Муханкин мог бессознательно искать спасения от диктата «материнской фигуры». Это могло быть формой неосознанного сопротивления импульсу, подталкивавшему его к садистски-некрофильскому бунту против полногрудых, пышнотелых, увядших носительниц женского начала, отождествляемых с матерью. Хотя, конечно же, нельзя исключить и элемент своего рода «чистого искусства», эксперимента ради эксперимента, некоего извращенного варианта жажды познания, когда хочется проверить все мыслимое и немыслимое, пусть даже только ради того, чтобы с тем большим наслаждением вернуться на проторенную тропу. Ведь и среди людей с более или менее стандартной сексуальностью даже самые строгие последователи традиционных поз иной раз не прочь освоить что-нибудь этакое, чтобы затем со вздохом облегчения вернуться к канонической позиции.

Итак, мы видим, с какими настроениями и в каком расположении духа мог находиться Муханкин, когда на его пути оказалась Наталья Г. В данном случае ситуация имела еще одно необычное измерение. До сих пор не слишком удачливый насильник и убийца выходил на поиск своих жертв. Конечно, намечаемая жертва должна была соответствовать, хотя бы в общих чертах, его потенциальным запросам, которые мы уже определили (кстати, в криминалистике существует целое научное направление — виктимология, которое занято выявлением свойств потенциальных жертв того или иного убийцы, что призвано способствовать и профилактике преступлений, и поискам еще не пойманного преступника). Но на месте Л.Е., Е.С. или Л.Б. могла оказаться и любая другая женщина, волей обстоятельств привлекшая к себе внимание Муханкина во время его рейдов по улицам Шахт, Волгодонска и Цимлянска.